RUS
EN
 / Главная / Публикации / Кто такой русский интеллигент?

Кто такой русский интеллигент?

Анна Генова05.03.2015

Уникальное русское понятие «интеллигенция» - иностранное заимствование, почему-то оно закрепилось в языке и оказалось близко нашей ментальности, став столь важным для нашей культуры. Интеллигенты есть в любой стране, но лишь в России для них не только подобрали отдельное слово (которое, правда, часто путают с родственным «интеллектуал»), но и придали этому понятию особый смысл.

ИНТЕЛЛИГЕНЦИЯ, -и, ж., собир. Люди умственного труда, 

обладающие образованием и специальными знаниями 

в различных областях науки, техники и культуры; 

общественный слой людей, занимающихся таким трудом.

Толковый словарь русского языка

Интеллигенция – это о чем?

«Великая перемена совершилась в русском обществе — даже физиономии изменились, — и особенно изменились физиономии солдат — представь – человечески интеллигентными сделались», – писал в 1863 году литературный критик В. П. Боткин своему великому современнику И. С. Тургеневу. Примерно в это время слово «интеллигенция» стало приобретать смысл, близкий тому, который используется сейчас.

До 60-х годов XIX века в России «интеллигенция» употреблялось в значении «разумность», «сознание», «деятельность рассудка». То есть фактически речь шла об интеллекте – в сегодняшнем понимании. Именно так это понятие трактуется в большинстве языков по сей день. И не случайно: происходит оно от латинского intellego – «ощущать», «воспринимать», «мыслить».

Одна из наиболее авторитетных версий гласит, что слово «интеллигенция» было заимствовано из польского языка. На это, в частности, указывал языковед и литературовед В. В. Виноградов: «Слово интеллигенция в собирательном значении “общественный слой образованных людей, людей умственного труда” в польском языке укрепилось раньше, чем в русском... Поэтому есть мнение, что в новом значении это слово попало в русский язык из польского». Впрочем, переосмыслено оно было уже на русской почве.

Появление русской интеллигенции

Общая атмосфера в дворянской среде второй половины XIX века очень живо описана в «Воспоминаниях» Софьи Ковалевской: «От начала 60-х до начала 70-х годов все интеллигентные слои русского общества были заняты только одним вопросом: семейным разладом между старыми и молодыми. О какой дворянской семье ни спросишь в то время, о всякой услышишь одно и то же: родители поссорились с детьми. И не из-за каких-нибудь вещественных, материальных причин возникали ссоры, а единственно из-за вопросов чисто теоретических, абстрактного характера».

Не успело ещё новое слово адаптироваться, как у него начали появляться тихие и открытые ненавистники. В 1890 году филолог, переводчик, педагог, специалист по сравнительно-историческому языкознанию Иван Мокиевич Желтов в заметке «Иноязычие в русском языке» писал: «Помимо бесчисленных глаголов иноземного происхождения с окончанием -ировать, наводнивших нашу повременную печать, особенно одолели и до тошноты опротивели слова: интеллигенция, интеллигентный и даже чудовищное имя существительное — интеллигент, как будто что-то особенно высокое и недосягаемое. ...Эти выражения обозначают действительно понятия новые, ибо интеллигенции и интеллигентов у нас прежде не бывало. У нас были ”люди учёные“, затем ”люди образованные“, наконец, хотя и ”не учёные“ и ”не образованные“, но все-таки ”умные“. Интеллигенция же и интеллигент не означают ни того, ни другого, ни третьего. Всякий недоучка, нахватавшийся новомодных оборотов и слов, зачастую даже и круглый дурак, затвердивший такие выражения, считается у нас интеллигентом, а совокупность их интеллигенцией».

Дело, конечно, не просто в словах, но в самом явлении. Именно на русской почве происходит придание ему нового смысла.

Хотя ещё во втором издании словаря Даля от 1881 года слово «интеллигент» появляется со следующим комментарием: «разумная, образованная, умственно развитая часть жителей», в целом это слишком академичное восприятие не прижилось. В России интеллигенция – не просто люди умственного труда, но определённых политических взглядов. «Есть в истории русской интеллигенции основное русло — от Белинского через народников к революционерам наших дней. Думаю, не ошибёмся, если в нём народничеству отведём главное место. Никто, в самом деле, столько не философствовал о призвании интеллигенции, как именно народники», - писал в своём эссе «Трагедия интеллигенции» философ Георгий Федотов.

Типичный интеллигент

Штамп, закрепившийся за многими писателями и мыслителями XIX – начала XX веков – «типичный русский интеллигент». Одним из первых образов в памяти выскакивает, как петрушка из бочонка, благообразное лицо с испанской бородкой в пенсне.

Антон Павлович укоризненно глядит на потомков, которые посмели сделать его символом интеллигентности. На самом деле Чехов, появившийся на свет в 1860 году, начал писать как раз тогда, когда слово «интеллигенция» уже вполне укоренилось. «Человек без селезенки» быстро почувствовал подвох... «Вялая, апатичная, лениво философствующая, холодная интеллигенция… которая непатриотична, уныла, бесцветна, которая пьянеет от одной рюмки и посещает пятидесятикопеечный бордель, которая брюзжит и охотно отрицает всё, так как для ленивого мозга легче отрицать, чем утверждать; которая не женится и отказывается воспитывать детей и т.д. Вялая душа, вялые мышцы, отсутствие движений, неустойчивость в мыслях…», - это не единственное антиинтеллигентское высказывание писателя. И критиков интеллигенции как явления в России хватало во все эпохи.

Интеллигенция и революция

— Красиво идут!

— Интеллигенция!

(к/ф «Чапаев, 1934 г.)

В русской предреволюционной культуре в трактовке понятия «интеллигенция» критерий умственной занятости был далеко не на первом плане. Основными признаками российского интеллигента конца XIX века стали не деликатные манеры или занятие умственным трудом, а социальная вовлечённость, «идейность».

«Новые интеллигенты» не жалели сил на отстаивание прав бедных, пропаганду идеи равенства, социальную критику. Интеллигентом мог считаться всякий развитый человек, который критически относился к правительству и текущему политическому строю – именно эта особенность подмечена авторами нашумевшего сборника 1909 года «Вехи». В статье Н. А. Бердяева «Философская истина и интеллигентская правда» читаем: «Интеллигенцию не интересует вопрос, истинна или ложна, например, теория знания Маха, её интересует лишь то, благоприятна или нет эта теория идее социализма: послужит ли она благу и интересам пролетариата… Интеллигенция готова принять на веру всякую философию под тем условием, чтобы она санкционировала её социальные идеалы, и без критики отвергнет всякую, самую глубокую и истинную философию, если она будет заподозрена в неблагоприятном или просто критическом отношении к этим традиционным настроениям и идеалам».

Октябрьская революция раздробила умы не только физически, но и психологически. Те, кто выжил, вынуждены были подстраиваться под новую действительность, а она перевернулась с ног на голову, и в отношении интеллигенции в особенности.

Хрестоматийный пример – письмо В. И. Ленина к М. Горькому, написанное в 1919 году: «Интеллектуальные силы рабочих и крестьян растут и крепнут в борьбе за свержение буржуазии и её пособников, интеллигентиков, лакеев капитала, мнящих себя мозгом нации. На деле это не мозг, а говно. ”Интеллектуальным силам”, желающим нести науку народу (а не прислуживать капиталу), мы платим жалование выше среднего. Это факт. Мы их бережём. Это факт. Десятки тысяч офицеров у нас служат в Красной Армии и побеждают вопреки сотням изменников. Это факт».

Революция пожирает своих родителей. Понятие «интеллигенция» оттесняется на обочину общественного дискурса, а слово «интеллигент» становится своего рода пренебрежительной кличкой, знаком неблагонадёжности, свидетельством едва ли не моральной ущербности.

Интеллигенция как субкультура

Конец истории? Вовсе нет. Пусть и серьёзно ослабленная социальными потрясениями, интеллигенция никуда не делась. Она стала основной формой бытия русской эмиграции, а вот в «рабоче-крестьянском» государстве сформировалась мощная интеллигентская субкультура, по большей части далёкая от политики. Её знаковыми фигурами стали представители творческой интеллигенции: Ахматова, Булгаков, Пастернак, Мандельштам, Цветаева, Бродский, Шостакович, Хачатурян… Их поклонники ещё в период хрущёвской оттепели создали свой стиль, который касался и манеры поведения, и даже одежды.

Cвитера, джинсы, бороды, песни под гитару в лесу, цитирование всё тех же Пастернака и Ахматовой, жаркие споры о смысле жизни… Кодовым ответом на вопрос: «Что читаешь?» стал ответ: «Журнал "Новый мир"», на вопрос о любимом кино, конечно, следовал ответ: «Феллини, Тарковский, Иоселиани…» и так далее. Представителей интеллигенции, по большому счету, уже не волновала политическая ситуация. Битлы и «Роллинг Соунз», перемежавшиеся с Высоцким и Окуджавой, уход в литературу – всё это было формой социального эскапизма.

Солженицын в статье «Образованщина» в 1974 году написал: «Интеллигенция сумела раскачать Россию до космического взрыва, но не сумела управлять её обломками». Лишь совсем небольшая группа интеллигентов-диссидентов в лице А. Д. Сахарова, Е. Боннер, Л. Бородина и их соратников вели борьбу за новый «символ веры» - права человека.

«Интеллигенция нужна обществу, чтобы не забывало, что с ним было раньше, и понимало, куда идёт. Интеллигенция выполняет функцию болящей совести. За это её и прозвали в советское время «гнилой». Совесть и на самом деле должна болеть. Здоровой совести не бывает», - тонко заметил литературовед Лев Аннинский.

Так кто же такие интеллигенты в современном понимании этого уникального русского слова? Как в случае с другими исключительными словами, например португальским Saudade (которое в грубом переводе означает тоску по утраченной любви), cлово «интеллигент» останется понятно только русским. Тем, кому небезразлично собственное культурное наследие. И кто, в то же время, готов к его переосмыслению.

Возможно, интеллигенты XXI века найдут себе и своим уникальным качествам применение. А может быть, это слово попадёт в «красную книгу» русского языка, и на смену ему появится что-то качественно иное? И тогда кто-то скажет словами Сергея Довлатова: «Я обратился к вам, потому что ценю интеллигентных людей. Я сам интеллигентный человек. Нас мало. Откровенно говоря, нас должно быть ещё меньше».

Также по теме



Новые публикации

В программе освоения Дальнего Востока государство придаёт большое значение переезду семей старообрядцев из Южной Америки. Первые попытки сложились не слишком удачно. Но теперь власти на самом высоком уровне намерены сделать всё, чтобы возвращение староверов на свои исконные дальневосточные земли стало как можно более массовым.
История России и пути православия в России неотделимы от истории многочисленных ересей. Почему такое широкое распространение получали секты? Очевидно, людей не удовлетворяла та духовная жизнь, которую им предлагала официальная церковь. По своей простоте и неучёности или наоборот – из-за слишком высоких духовных запросов, но люди искали своего бога – и своих путей к нему. Иногда эти пути были нелепыми, иногда – чудовищными.
Изучать гаммы или бегать по поляне с сачком, слушая птиц, – что лучше для приобщения ребёнка к музыке? Эта проблема стала основной темой шестой сессии Научного совета, который собрался в музее-усадьбе Петра Ильича Чайковского в Воткинске (Удмуртия). Сессия собрала ведущих исследователей в области теории и преподавания музыки из более чем тридцати регионов России.  
Ни для кого не секрет, что в наши дни в вузах Италии в области преподавания русского языка как иностранного существует ряд трудностей: в группах очень много студентов, посещение занятий для них свободно, а количество аудиторных часов невелико. В таких условиях необходимо давать учебный материал в короткие сроки, в максимально концентрированном виде и в занимательной форме.
Очень часто приходится слышать то про одно, то про другое: не женское это дело. Тем не менее даже в патриархальной дореволюционной России жили женщины, которых не останавливало непонимание близких, неприятие общества, невозможность получить хорошее образование и нормально заниматься любимым делом.
Мы привыкли, что Аляска — это где-то далеко. Очень далеко, другой край света – и географически, и исторически. Без малого полтора столетия прошло с тех пор, как над Ново-Архангельском, впоследствии ставшим Ситкой, взвился флаг Северо-Американских Соединённых Штатов. Но есть люди, которые сохраняют добрую память о русском присутствии в Америке.
В Год экологии Московский зоопарк разработал необычный проект – экокультурный маршрут с посещением уникального в России Центра воспроизводства редких животных. Идея оказалась настолько востребованной, что на первый тестовый тур пришло почти триста заявок от желающих. Зачем зоопарку заниматься туризмом, рассказывает заместитель генерального директора Московского зоопарка Евгения Пономарёва.
История взаимоотношений Швейцарии с Россией исчисляется столетиями, и её поворотным моментом принято считать Венский конгресс 1814–1815 годов, на котором Александр I принял для России решение стать одним из государств – гарантов постоянного нейтралитета Швейцарии. Особенно важную главу в отношении двух стран составила история небольшого, но активного сообщества русских эмигрантов-марксистов.