RUS
EN
 / Главная / Публикации / Русский клуб: Никто не будет работать тяжелее

Русский клуб: Никто не будет работать тяжелее

02.06.2008

Продовольственный магазин на Брайтон Бич. Продавщица взвешивает полкило колбасы:

«Вам послайсать или пописать

Это не реальная зарисовка, а анекдот. Он пародирует модель образования русских глаголов в Америке: слайсать, аффордать, драйвать.

По мнению бывших москвичей и ленинградцев, так говорят выходцы из Украины, Молдовы и южной России.

По мнению южан, так никто почти уже не  говорит.

Тем не менее, попадая в среду русских в Америке, ты можешь с большой вероятностью услышать суржик (в широком смысле этого слова).

Но с такой же вероятностью ты услышишь разговоры о том, как плохо и вульгарно портить родной язык.

Хотя, казалось бы, кашу маслом не испортишь, а язык нужен для коммуникации, а не для какого-нибудь самоутверждения.

Вульгаризация языка и грубый страх его испортить часто выступают как тайные союзники, жлобизм и снобизм.

Спор об иностранных элементах и моделях в русской речи начался в эпоху Карамзина и Пушкина.

Они видели в заимствованиях путь к живому письму, к самобытной и авторитетной для Европы русской культуре, с литературой в центре искусств.

Им противостояли консервативные литераторы, создавшие стереотип подражателя французам в пародиях, эпиграммах, памфлетах.

«Смешенье языков французского с нижегородским» – жупел, которым бросается в своих ближних Чацкий, двойник вольтеровского Мизантропа.

Кроме брайтонского суржика, отраженного в анекдоте про «послайсать и пописать», американский быт знает ещё одну тенденцию – регулярное использование английских слов и выражений в русской речи:

– Поедем на lake, а то завтра уже Monday.

– А чё, поехали, я вполне flexible.

Какие именно слова проговариваются по-английски? Во-первых, самые простые и базовые – поскольку их по-английски и «думают».

Во-вторых, самые тонкие и концептуально значимые.  «Знаешь, Любка, она очень mean и irresponsible».

В этих случаях либо нет русского слова с подходящим оттенком, либо его неохота произносить.

Хорошо известны популярные предрассудки против такой речи. Они связаны с социальной фантазией о русском человеке как интеллигенте с бородой, с богатой, яркой и «правильной» речью.

Не буду спорить, что яркая и богатая речь на родном языке – знак некоторой элитарности.

Но правильная грамматическая норма не всегда определяет качество, яркость и богатство речи. 

Здесь нужна оговорка, касающаяся одной группы людей. Это представители русской культурно-языковой элиты – производители русских текстов, преподаватели языка, профессора-слависты и другие гуманитарии, в деятельности которых воспроизводится культурная и языковая идентичность.

С одной стороны, для них вполне естественно говорить на очень чистом и хорошем русском языке и быть при этом высоко функциональными членами американского общества.

С другой стороны, такие русские являются не то чтобы маргинальной, но эксклюзивной и атипичной группой как для Америки, так и для русской диаспоры. Поскольку их средой и местом, в сущности, является Россия, и наиболее естественно для них жить в России.

В случае же среднестатистического иммигранта, охранительная позиция представляется чем-то сомнительным.

Мне рассказали об одной женщине, которая в России преподавала русский, а в Америке стала менеджером среднего звена на каком-то производстве. Так вот, она боролась за чистоту русской речи и нарочно в русском супермаркете говорила: «Дайте мне фунт "Белочки" и полфунта "Коровки"». Никто не понимал, что она имеет в виду. Потому что фунт тут и по-русски называют паундом. Так же, как рождественскую индейку – туркой. А некоторые, для понта, даже тёркой. 

Социальный статус говорящего проверяется не тем, как часто он употребляет «неправильные слова» или формы, а тем, как искусно он играет на грани правильного и неправильного.

Гении и святые, юродивые, волхвы и клезмеры всех времен и народов говорили на чудовищных суржиках. По-народному изъяснялись цадики, суфии, дервиши, преподобный Серафим Саровский.

На арамейском, языке-койнэ, полужаргонном в те времена, на этом своеобразном «идише» римской провинции эпохи поздней античности выражался Иисус в своих проповедях.

На «вульгарных» языках широких масс говорили Павел и все апостолы.

И все их понимали. И хотели слушать ещё.

Помимо суржика, огромное значение имеет и ломаный русский язык. Он важен в жизни подростков. Впервые мое внимание к нему привлек петербургский филолог и фольклорист Евгений Кулешов, изучавший одно время язык русских подростков в Нью-Йорке и окрестностях.

Дело в том, что у них есть мягкий культ русского языка. Они хотят сделать из него свою thing, отличающую их от других.

Но при этом для них не обязательно знать русскую культуру и сам язык. Если родители не консервируют навык русской речи у подростка, он обычно говорит так:  

«Моя мама... она... сорок... Ну... она, в общем, forty».

«У меня есть любимый писатель Бабель, и я сейчас пишу бумагу на это...»

Чем четче и нагляднее выражен твой этнокультурный код, тем большим американцем ты являешься.

Ты приносишь в дань «общему котлу» свою «другость», непохожесть на других.

Видимо, подросток, говорящий иногда на ломаном русском, чувствует себя heritage speaker, и каждая фраза даже на ломаном русском языка – его thing, которая может в школе сделать его popular.

 

«Никто не будет работать тяжелее»[1] 

– гласила лет семь назад реклама на маленьком чикагском русском радио.

А вы догадались, что это значит?
 


[1] Буквальный перевод с английского фразы «nobody will work harder» – никто не будет работать усерднее, мы работаем лучше всех

Рубрика:
Тема:
Метки:

Также по теме

Новые публикации

23 августа 1939-го Москва подписала с Берлином нашумевший договор о ненападении и секретный протокол к нему. Сегодня многие западные историки и СМИ представляют это соглашение едва ли не как свидетельство преступного союза Сталина и Гитлера, поделивших между собой Восточную Европу. Но был ли у советского руководства выбор? Об этом рассуждает председатель попечительского совета Российского военно-исторического общества Сергей Иванов.
Евгений Малиновский – многогранный артист, родом из Сибири, живущий в Варшаве, и больше всего известный польской публике как «сибирский бард», отметил 25-летие своей творческой деятельности Польше. В нашей беседе на творческом вечере – концерте под названием «Одно сердце – два Отечества» в уютном варшавском салоне „Kalinowe Serce” Евгений признался, что хотя в нём течёт польская кровь по дедушке, он не сразу выбрал Польшу своей второй родиной.
23 августа исполняется 80 лет со дня подписания Договора о ненападении между Германией и СССР, известного как «Пакт Молотова – Риббентропа». Эта страница истории по-прежнему волнует многие умы, поэтому появление новых документов по этой теме всегда вызывает большой интерес. Накануне общественности был представлен сборник документов «Вынужденный альянс. Советско-балтийские отношения и международный кризис 1939-1940».
30 июля Государственному Лермонтовскому музею-заповеднику «Тарханы» исполнилось 80 лет. А в октябре родовая усадьба поэта готовится отметить 205-летие со дня его рождения. Как сегодня живёт и развивается музей-заповедник «Тарханы», принимающий в год порядка 300 тысяч посетителей? О неувядающем интересе к Михаилу Лермонтову рассказывает директор Государственного Лермонтовского музея-заповедника «Тарханы» Тамара Мельникова.
20 августа 1939 года началась знаменитая операция Красной армии при поддержке монгольских соединений по окружению и уничтожению японских войск на реке Халхин-Гол. Менее чем за две недели, уже к 31 августа, территория Монголии была полностью очищена от японцев, а 15 сентября Япония пошла на подписание договора о прекращении конфликта.
В этом году День города в Донецке – 25 августа – будет особенным: город празднует 150 лет со дня основания. Из Москвы на юбилейные мероприятия приедет большая делегация – в том числе представители общественной организации «Землячество донбассовцев». О том, каким образом московское землячество помогает Донбассу, рассказывает первый заместитель председателя правления этой общественной организации Пётр Акаёмов.
История, исторические факты – вещи, сами по себе неудобные для тех недобросовестных политиков, которые пытались изменить и переписать прошлое в угоду собственным воззрениям и соответствующей конъюнктуре. Так получилось, что правда о существовании русин всячески замалчивалась или даже намеренно искажалась в тех государствах, которые в то или иное время владели этим краем.  
Американец Шон Куирк, музыкант и менеджер известного в России и за рубежом тувинского коллектива «Алаш», говорит на четырёх языках. На заграничных гастролях он объявляет композиции «Алаша» по-английски, поёт тувинские народные песни на публику и для себя и, если зрители просят, может порадовать их русской частушкой. А ещё читает книги на языке предков – древнеирландском.