RUS
EN
 / Главная / Публикации / Стефано Гардзонио: «Итальянский читатель должен узнать настоящего Пушкина»

Стефано Гардзонио: «Итальянский читатель должен узнать настоящего Пушкина»

Сергей Виноградов26.11.2018

Стефано Гардзонио

Следующий год будет пушкинским, и афиша празднования 220-летия великого русского поэта будет международной. Известный итальянский русист, исследователь русской литературы и переводчик Стефано Гардзонио с сожалением признаёт, что итальянский читатель не знает настоящего Пушкина.

«В Италии у него есть свои почитатели, и образованные люди, конечно, знают Пушкина, – говорит он в интервью «Русскому миру». – Но наш читатель считает Пушкина лириком, который писал о любви, и только. Всё его величие доступно лишь немногим итальянцам».

По мнению Стефано, ситуацию можно исправить, если привлечь к этому филологов и переводчиков с иным пониманием Пушкина, а также новые технологии. Сам Гардзонио, открывший итальянскому читателю Ломоносова, Хемницера и других русских поэтов допушкинской эпохи, считает русскую литературу XVIII века недооценённой в Италии и на Западе в целом. Мы поговорили с переводчиком о современности и архаике, о смысле, звучании и переводе русских стихов.

Пушкин в умном гаджете

Почему у Пушкина такой трудный путь к итальянскому читателю?

– Пушкин принадлежит к тем поэтам, которые пишут просто и понятно. Настолько просто, что у переводчика возникает соблазн его усложнять. С Лермонтовым такая же ситуация. Из-за этого они проигрывают в популярности тем же Толстому и Достоевскому, которых в Италии любят за сложное философское содержание. А Пушкина не понимают – не видят всю его сложность, которую он мог уместить во внешнюю простоту. И это, конечно, вызывает сожаление.

– Как можно приблизить Пушкина к читателю?

– Мы живём в новые прогрессивные времена, когда изменилось само восприятие текста, который всё реже читают на бумаге. Думаю, новые технологии могли бы нам помочь и с Пушкиным. Было бы замечательно, если бы читатели могли воспринимать Пушкина с помощью дополнительных пояснений. Эти пояснения должны даваться не тяжеловесными сносками, которых читатели не любят, а с помощью более понятных и зрелищных ресурсов – графики, фильмов и так далее.

– Как вы стали переводчиком?

– Моя главная профессия – филология. Я провожу исследования по русской литературе, пишу научные работы, это занимает большую часть моего времени. Я долго занимался русской литературой XVIII века, также у меня много работ о российских писателях XIX и XX веков, в частности, о поэтах Серебряного века. Также я выпустил серию книг «Русская Италия» о русских поэтах, которые жили в Италии – приезжали на некоторое время или были эмигрантами.

Теперь о переводах. Я переводил и прозу, и стихи – Тургенева, Лермонтова, Достоевского и других классиков. Мы вместе с соавтором выпустили большую антологию русской поэзии, в которую вошло множество моих переводов, начиная с Ломоносова и моего любимого Хемницера, а также Державина и заканчивая современными поэтами. Мои переводы Афанасия Фета вышли отдельным изданием.

– Вы назвали Хемницера любимым автором, между тем, и в России его мало кто знает. А Ломоносова в школе изучают больше на уроках физики, чем литературы…

– Я знаю, что они не входят в число первейших русских поэтов, и зря. За рубежом, как вы понимаете, этих поэтов знают ещё меньше. Мне бы очень хотелось, чтобы Ломоносов, Державин, Хемницер и ряд их современников заняли своё почётное место в мировой литературе, потому что они этого достойны. Надеюсь, мои переводы помогли представить этих поэтов итальянским читателям. Очень хочется, чтобы Державина в Италии узнали не только как блестящего поэта, но и как автора очень интересных записок о России и его современниках.

– Произведения перечисленных поэтов вы переводили современным итальянским языком?

– Я старался передавать их стихи немного устаревшим языком и получил некоторую критику. В Италии существуют разные точки зрения на перевод поэзии. Сейчас вообще стало модно переводить стихи верлибром, даже когда в оригинале имеются рифмы. Якобы в таком виде передаётся больше смысла от оригинала. Мне же всегда хотелось сохранить поэтическую сущность стиха, а не только его прямой смысл. В своих переводах я старался передать дух XVIII века и употреблял те слова, которыми писали итальянские поэты той же эпохи.

Прогулки по Москве

– Что привело вас в русскую литературу?

– Она же и привела. Ещё в школе я с увлечением читал русскую классику, особенно любил Толстого, Тургенева и Достоевского. Сначала стал самостоятельно изучать русский язык и более серьёзно углубился в литературу, а после школы поступил в университет и окончил его по направлению «Славистика». В 1975 году я приехал в Москву и целый год стажировался в МГУ. В те годы в Италии к СССР относились очень хорошо, особенно наша молодёжь, которая бредила левой идеологией и социализмом. Эта атмосфера, наверное, тоже сказалась на моём выборе.

– Впервые приехав в СССР, куда первым делом устремились? К мавзолею или в Ясную поляну?

– Впервые я приехал в Москву в 1973 году на летние курсы, и меня поселили в общежитии на Шаболовке, неподалёку от Останкинской телебашни. Со мной в комнате жил студент из ГДР, и мы пошли гулять по Москве. Шли наугад и набрели на Донской монастырь и его знаменитое кладбище, где похоронены великие писатели и деятели культуры, которых уже тогда я знал и любил. В Ясной поляне, конечно, тоже побывали, а ещё в Переделкино. В Италии я состоял в Обществе дружбы двух стран и сопровождал советских гостей в качестве переводчика во время их приездов во Флоренцию. А гости были знаменитые – Мстислав Ростропович, Лев Яшин и другие.

Старые тексты и новые времена

– Вы живёте во Флоренции, на родине Данте Алигьери. Как Вы оцениваете русские переводы «Божественной комедии»?

– Я много лет занимаюсь российско-итальянскими культурными связями и ещё в 1980-е годы выпустил справочник русских переводов итальянских поэтов. Занимался я и судьбой текстов Данте в России. Близки ли переводы к оригиналу? Трудно сказать, потому что их достаточно много и все они разные. Первые переводы «Божественной комедии» были прозаическими, потом появились стихотворные отрывки из Данте. В этих старых ощущается попытка переложить текст и реалии «Божественной комедии» на русские нравы. Но как бы то ни было, они сохранились как памятники русской поэзии. В XX веке переводчики стали более внимательными к точности перевода, появились те переводы, которые издаются по сей день.

– Один известный итальянский шекспировед сказал, что завидует русским, потому что они могут читать Шекспира в блестящих переводах Бориса Пастернака на современном русском языке. А англичане вынуждены читать в оригинале, спотыкаясь об архаику. Данте понятен современному итальянскому читателю?

– С трудом и массой пояснений. Для среднего итальянца «Божественная комедия» очень трудный текст. В школе Данте изучают по изданиям со множеством комментариев. В России «Божественную комедию» можно читать без комментариев и ссылок, на современном русском языке. Но правильно ли это или нет, является предметов споров среди специалистов, о чём мы говорили выше. К примеру, профессор МГУ Александр Илюшин перевел Данте силлабическим стихом, стилизовав под произведение начала XVIIII века, сознательно сделав архаичным...   

Также по теме

Новые публикации

Участники полевого этапа экспедиции «Современный этномир (Средняя Азия)» по Узбекистану побывали в Бухаре. Экспедиция проводилась с целью изучения культуры, быта и традиций русского и русскоговорящего населения, проживающего на территории постсоветской Средней Азии.
С 13 по 16 декабря в Рязани проходит форум неправительственных организаций молодых соотечественников «Made in Russia», в котором принимают участие лидеры молодёжных объединений из почти 50 стран всех регионов мира. В работе форума также принимает участие фонд «Русский мир»
В начале декабря в Сочи прошёл V Международный педагогический форум. Одна из его секций была посвящена развитию детского чтения. О самых интересных школьных практиках, которые там обсуждались, рассказывает руководитель секции профессор РГПУ им. А. И. Герцена Татьяна Галактионова.
Соотечественники в Риге отметили 70-летие Всеобщей декларации прав человека. Там прошла конференция балтийских правозащитников с участием представителей Латвии, Литвы, Эстонии и России. И хотя повод был вроде бы радостный – юбилейный, но большинство участников с тревогой и сожалением говорили о нарастающем кризисе в сфере прав человека в своих странах.
«Мы любим вас, русские…» – такое признание, да ещё от совершенно незнакомых людей Елена Сташевская с сыном никак не ожидали услышать в Германии. Чем же заслужили его гости из России? Ответ на этот вопрос лежит во временах более чем полувековой давности, когда возле небольшого немецкого села Сихра героически погиб её отец майор Владимиров.
«Перекрёстный» Год культуры России и Японии подходит к концу. Сотни мероприятий прошли не только в столицах и городах-миллионниках, но и в удалённых от Москвы и Токио регионах. Российскому Тамбову и японской Тамбе 2018 год запомнится надолго – в этом году родилось общество дружбы и сотрудничества «Тамба – Тамбов». Они нашли друг друга благодаря созвучию названий, но, познакомившись ближе, нашли у себя много общего.
11 декабря исполняется 100 лет со дня рождения писателя,  публициста, общественного деятеля Александра Солженицына. Известная французская переводчица с русскими корнями Анн Колдефи-Фокар более 30 лет своей жизни посвятила переводу его романа «Красное колесо». И сегодня у неё есть надежда, что и к роману, и к самому писателю ещё вернутся.
8 декабря в Риге, Даугавпилсе и Резекне прошли первые, пилотные, уроки, организованные Санкт-Петербургским государственным университетом и латвийской общественной организацией «Славия». В рамках этого образовательного проекта для соотечественников – учащихся старших классов в интерактивном режиме организовано преподавание истории России, русского языка и литературы.