RUS
EN
 / Главная / Публикации / Война и мир гаджетов с литературой

Война и мир гаджетов с литературой

Светлана Сметанина04.07.2018

Фото: dw.com

Почему «Слово о полку Игореве» – невероятно актуальное произведение и как современные интернет-технологии могут помочь учителю увлечь школьников классикой? Об этом рассуждает учитель литературы в московской гимназии № 1514, член Гильдии словесников Антон Скулачёв.

– В конце мая в Российской академии образования прошла конференция «Филологическое образование в условиях электронно-цифровой среды», в которой Вы также принимали участие вместе со своими коллегами со всей страны. И вот там была высказана мысль, что одной из нынешних проблем школьного образования является размывание русского культурного кода, потому что современные дети плохо знают классику. Вы сталкиваетесь с этой проблемой?

– Мне кажется, что эта проблема несколько высосана из пальца. Начать с того, что культурный код – это то, что невозможно размыть: он на то и код, он существует как своего рода генетическая структура ДНК. Во все эпохи кто-то читает больше, кто-то меньше. Я обращу внимание на то, что все люди, которые говорят, что современные дети не читают, не ссылаются на социологические исследования. На самом деле, эти исследования провести довольно сложно и мне неизвестно о существовании каких-то ясных, внятных исследований на эту тему. 

Российская государственная библиотека для молодёжи в Москве. Фото: deafmos.ru

Зато я вижу, что мои ученики читают гораздо больше, чем я в их возрасте. Просто потому, что сегодня проще достать книжку – появился выбор. И каждый психолог вам скажет, что ситуация выбора всегда повышает мотивацию. Когда есть выбор, что читать, тогда интереснее читать. 

Единственное, что представляет угрозу, на мой взгляд, это формализация образовательного процесса, связанная не с ЕГЭ как таковым (потому что ЕГЭ – это лишь инструмент), а с требованиями ЕГЭ по русскому и по литературе в их нынешнем виде. Потому что они требуют очень формального подхода к литературе. 

По моим наблюдениям, это снижение живого интереса к литературе происходит, скорее, в старших классах. А подростки и младшие школьники с огромным интересом читают, с огромным интересом включаются во всё

Что делают выпускники сейчас? Они заучивают списки аргументов под некие абстрактные проблемы. От них не требуют глубокого понимания, интереса, а требуют поверхностного знания набора формальных аргументов под те проблемы, о которых их спросят на экзамене. И соответственно, они занимаются таким вот «тупым» заучиванием. 

ЕГЭ по русскому языку и литературе – это некие унифицированные требования. А любая тенденция к унификации своим прямым следствием имеет снижение интереса. По моим наблюдениям, это снижение живого интереса к литературе происходит, скорее, в старших классах. А подростки и младшие школьники с огромным интересом читают, с огромным интересом включаются во всё. 

В чём интерес уж точно возрастает – это огромное количество замечательных сайтов, образовательных проектов, посвящённых литературе. Они пользуются удивительной популярностью. Я как раз об этом и говорил на конференции – когда запустили проект «Полка», сайт лёг, потому что не выдержал наплыва посетителей. А что сделали авторы этого сайта? Они просто нашли способ разговора про книги, про русскую классику. Это проект о русской классике, который понятен подросткам и интересен молодому поколению. Они нашли этот ключик.

Таких проектов сейчас очень много. Это Arzamas, конечно же, это лекции на ПостНауке. И множество других проектов, которых чем больше, тем лучше. 


– В этом ряду, очевидно, и сайт Гильдии словесников  который также пользуется большим интересом и популярностью?

– Когда мы вывесили раздел «Списки для летнего чтения» от ведущих учителей России из разных регионов, был феноменальный наплыв посетителей. До сих пор самый популярный раздел – подборка  от Оксаны Вениаминовны Смирновой, работающей в традиционной Свято-Петровской гимназии в Москве. Она составила список литературы, который называется «Что читать в 14–15 лет». Он просто огромный – по темам, очень разветвлённый.

Антон Скулачёв. Фото: slovesnik.org

– Все очень переживают за классику – за Толстого, Достоевского. Говорят, что для восприятия подростков эта литература тяжела. Получается, не нужно по этому поводу переживать?

Тексты, которые читают дети, хоть и древние – XIX век для наших детей такая же древность, как и древнерусская литература, – эти тексты всё равно про них

– Я бы сказал, что эти переживания, во-первых, безосновательны, а во-вторых, непродуктивны. О чём важно думать – это о том, как сделать классику близкой, интересной и понятной детям. Это задача учителя. И её можно решать только тогда, когда у учителя будет творческая свобода. 
Все зарубежные и российские исследования показывают, что качество образования растёт там, где учителю даётся свобода. Когда у учителя есть творческая свобода придумывать, воплощать свою интересную программу, свой интересный поворот – как подвести ребёнка к классике, вот тогда и будет интерес к чтению.

– Можете привести пример, как именно учитель старается заинтересовать своих учеников?

– Мы всегда с коллегами стараемся говорить, что тексты, которые читают дети, хоть и древние – XIX век для наших детей такая же древность, как и древнерусская литература, – эти тексты всё равно про них. Моя коллега, например, дала совершенно замечательную тему сочинения по «Слову о полку Игореве». Там в какой-то момент вскользь упоминается дева Обида, которая «плеском вспугнула времена обилия». И одна из тем сочинения была «Роль девы Обиды в «Слове о полку Игореве» и обида в моей жизни». 

Обида – это же очень знакомое каждому подростку разрушающее чувство, и «Слово о полку Игореве» при всей своей, казалось бы, архаичности – невероятно актуальное произведение: оно про то, как человека изнутри разрушает негатив. Такие неконструктивные чувства сначала разрушают человека изнутри, а дальше становятся причиной гибели войска. 

Детям это очень близко. Подростки в восьмом классе, конечно же, страшно обижаются на родителей, которые лишают их чего-нибудь. Обижаются на одноклассников – кто-то не так посмотрел, отбил парня. Им интересно про это думать. 

Или вот коллега совершенно замечательно рассказывал про «Ревизора». Все люди, к сожалению, в жизни кого-то обманывают. Подростки в этом смысле – не исключение. Можно спросить на примере «Ревизора»: а легко ли кого-то обмануть? Легко ли вас обмануть? И дальше в связи с этим они говорили про Хлестакова.

У меня в 11 классе огромный интерес вызвал роман-антиутопия Замятина «Мы». Мы говорили о роли личности, о человеке в государстве – то, что 11-классникам, которые уже начинают самоопределяться, очень интересно. 

Второй способ – это максимально задействовать творчество детей. Мы очень много делаем с детьми разных творческих проектов: коллажи, скетчбуки, лонгриды – большие тексты с картинками, с видео, с инфографикой. 

Открытые литературные занятия Гильдии словесников в музеях Москвы. Фото: slovesnik.org

Один наш коллега придумал совершенно замечательный проект: по лирике Тютчева и Фета ученики делают свой собственный сборник поэта. Нужно придумать для него концепцию, отобрать тексты. Например, кто-то выбрал концепцию «Взгляд у Тютчева и Фета» или «Стихия». Самые разные варианты могут быть. Дети писали предисловие к сборнику – это такой личный творческий подход к тому, что изучается по программе. 

И последнее, но очень важное – нельзя на уроках литературы спешить. Нужно проходить всё спокойно, медленно, чтобы дети жили в литературе. Чтобы они понимали, что это не гонка, чтобы всё успеть, а вдумчивое, внимательное, заинтересованное чтение. Ну и всегда идти от вопросов детей, от того, что им интересно и непонятно. 

– Доктор биологии и филологии профессор Татьяна Черниговская высказала такое предположение, что в недалёком будущем произойдёт разделение людей на тех, кто читает сложную литературу, и тех, кто читает вывески. На ваш взгляд, стоит этого опасаться?

– Честно говоря, я в этом не уверен. Давайте вспомним, что у нас до 1917 года 97 % населения вообще не умело читать. Это хорошо или плохо? Зато 100 % ходили в церковь. Скорее, это было хорошо, чем плохо. И, соответственно, 100 % знали Библию. Я бы не упрощал ситуацию…

Или вот такой пример клипового мышления – сериалы, которые смотрят дети. Сериал – это же и есть роман XIX века. Каждый роман того времени строится по принципу сериала. Обратите внимание: каждая часть «Войны и мира» заканчивается на самом интересном и драматичном месте. Князь Андрей в числе других тяжелораненых был оставлен на попечении местных жителей – так заканчивается первый том. И читатель с нетерпением ждёт – что же будет дальше. Второй том – Пьер смотрит на комету 1812 года, и это вселяет в него надежду на что-то прекрасное, но он не понимает ещё – на что. Саспенс – что же будет? Он влюблён в Наташу и как же это развернётся?

«Евгений Онегин» – то же самое. Это вообще чистый сериал: он же выходил по главам. Современники читали его в маленьких книжечках. Так что ничего нового в увлечении сериалами нет. Более того, как помещики отдалённой губернии читали романы Достоевского и Тургенева? Они публиковались в толстых журналах и приходили к читателям по частям. Точно так же, как мы сегодня с огромным нетерпением ждём очередной сезон «Шерлока». 

Или другой пример – раздел «От смайлика до селфи» на сайте «Гильдии словесников», который ведёт Анна Северинец. Там публикуются статьи о том, как литература неожиданным образом открывает реалии современного интернет-пространства.

Так что, мне кажется, не нужно этого бояться. Напротив, все современные жанры для учителя литературы – ресурс, который поможет работать со школьниками.

 

Также по теме

Новые публикации

Русский язык у современной азербайджанской молодёжи чрезвычайно востребован, – уверен ведущий азербайджанский русист, руководитель национального методического совета по русскому языку и литературе Асиф Гаджиев. В беседе с корреспондентом «Русского мира» он рассказал о том, почему после распада Советского Союза владение русским языком в Азербайджане по-прежнему является важной составляющей культуры и всемерно поддерживается на государственном уровне.
В 2020 году в Москве планируют открыть Центральный музей российского казачества – его созданием активно занимаются сотрудники Государственного исторического музея (ГИМ). К работе подключилось Минкультуры РФ, казачье общество «Центральное казачье войско», Совет при Президенте РФ по делам казачества.  Почему встал вопрос о создании такого музея и что ждёт его посетителей, рассказал директор ГИМа Алексей Левыкин.
В ночь с 16 на 17 июля 1918 года в подвале Ипатьевского дома в Екатеринбурге была расстреляна семья царя Николая II и несколько их приближённых. Расстрел был совершён по постановлению исполкома Уральского областного Совета рабочих, крестьянских и солдатских депутатов во главе с большевиками. Непосредственно руководил расстрелом член Совета Яков Юровский. Вот его рассказ о тех событиях, простой и жуткий.
Всё хорошее когда-нибудь подходит к концу. Наш чемпионат мира по футболу завершён. «Наш» здесь – не оговорка. Целый месяц внимание даже обычно далёких от футбола россиян было приковано к событиям мирового первенства. И вряд ли найдётся много тех, кто хоть немного не переживал за нашу сборную в драматические минуты игр с Испанией или Хорватией.
Самой красивой деревней России этим летом признали село Большой Куналей в Бурятии. Третий год премию вручает ассоциация «Самые красивые деревни России». Прежним  победителям звание «самая красивая» принесло приток туристов, статьи в большой прессе и даже побратимские связи с красивыми селами – коллегами из-за рубежа.
Переменчивая эстонская погода не отпугнула в минувшие выходные преданных друзей международного музыкально-фольклорного фестиваля-ярмарки «Цветок папоротника» (бывший «Славянский свет»), а разнообразие программы привлекло на фестивальные площадки и новых зрителей.
Валерий Бухвалов – известный латвийский педагог, один из лидеров движения в защиту русских школ и русскоязычного образования. В своей статье он рассуждает о том, возможно ли формирование знаний у детей в школе на неродном языке, а воспитание культурной идентичности  –  на родном, русском языке и как этого добиться. Для Латвии сейчас это очень актуальный вопрос.
По мнению проректора по международным отношениям ДВФУ Виктории Пановой, сегодня для того чтобы выдерживать конкуренцию с иностранными вузами, необходимо ориентироваться на создание уникальных инновационных образовательных продуктов, использующих сильные стороны российских вузов, ориентируясь при этом на запрос со стороны международного образовательного рынка.