RUS
EN
 / Главная / Публикации / Владимир Ленин: Революции в белых перчатках не делаются

Владимир Ленин: Революции в белых перчатках не делаются

Георгий Осипов07.11.2017


7 ноября отмечается 100-летие Октябрьской революции – события, как бы к нему ни относиться, во многом определившего весь XX век. И, конечно, главный персонаж тех эпохальных событий – Владимир Ильич Ленин. Мы попробовали «проинтервьюировать» вождя большевиков, чтобы он объяснил своё отношение к задачам революции, политике, морали и другим важным для всех нас вопросам.

Все «ответы» с минимальной редакторской правкой даны по Полному собранию сочинений В. И. Ленина, а также мемуарам Г. А. Соломона «Среди красных вождей» и Ю. П. Анненкова «Дневник моих встреч».

– Владимир Ильич! Сегодня, в дни столетия октябрьского восстания, одного из важнейших событий прошлого века, хотелось бы услышать из первых уст: какую главную цель вы ставили перед собой?

– У нас один только лозунг, один девиз: всякий, кто трудится, тот имеет право пользоваться благами жизни. Тунеядцы, паразиты, высасывающие кровь из трудящегося народа, должны быть лишены этих благ. И мы провозглашаем: всё – рабочим, всё – трудящимся!

– Но не слишком ли высокую цену мы уже заплатили, да и платим поныне, за этот социальный эксперимент? 

– Революции в белых перчатках не делаются. Пока нет насилия над массами, нет иного пути к власти. Нужно поощрять энергию и массовидность террора. Массовые обыски. Расстрел за хранения оружия. Беспощадный террор против кулаков, попов и белогвардейцев; сомнительных запереть в концентрационный лагерь. Расстреливать заговорщиков и колеблющихся, никого не спрашивая и не допуская идиотской волокиты. Сделать так, чтобы на сотни вёрст кругом народ видел, трепетал. Пусть 90 % русского народа погибнет, лишь бы 10 % дожили до мировой революции. 

Плох тот революционер, который в момент острой борьбы останавливается перед незыблемостью закона. Если закон препятствует развитию революции, он отменяется или исправляется. В борьбе за власть все средства хороши.  

– Так ли уж все? Мораль, гуманизм, уважение к человеку, словом, все те нравственные ценности, которые определены в десяти заповедях, разве не входили в число ваших приоритетов?

– Порядочно всё, что совершается в интересах пролетарского дела. Существует ли коммунистическая мораль? Существует ли коммунистическая нравственность? Конечно, да! Но наша нравственность подчинена вполне интересам классовой борьбы пролетариата. Мы говорим: нравственность – это то, что служит разрушению старого общества. А диктатура пролетариата означает не что иное, как ничем не ограниченную, никакими законами, никакими абсолютно правилами не стеснённую, непосредственно на насилие опирающуюся власть.

Всякая  же религиозная идея о всяком боженьке, всякое кокетничанье с боженькой есть невыразимейшая мерзость, самая опасная мерзость, самая гнусная зараза. Самый глубокий источник религиозных предрассудков – это нищета и темнота; с этим злом и должны мы бороться. Но при этом всякий должен быть совершенно свободен исповедовать какую угодно религию или не признавать никакой религии, т. е. быть атеистом, каковым и бывает обыкновенно всякий социалист. Никакие различия между гражданами в их правах в зависимости от религиозных верований совершенно недопустимы.

А крестьянину бога заменит электричество. Пусть крестьянин молится электричеству; он будет больше чувствовать силу центральной власти – вместо неба. 

– Какие советы вы бы дали представителям государственной власти для эффективного управления страной?

– Власть центрального учреждения должна основываться на нравственном и умственном авторитете. Нужно уметь работать с тем человеческим материалом, который есть в наличии. Других людей нам не дадут.  Не бойтесь признавать свои ошибки, не бойтесь многократного, повторного труда исправления их – и вы будете на самой вершине. Умён не тот, кто не делает ошибок. Таких людей нет и быть не может. Умён тот, кто делает ошибки не очень существенные и кто умеет легко и быстро исправлять их. 

Анализируя ошибки вчерашнего дня, мы тем самым учимся избегать ошибок сегодня и завтра. Только тогда мы научимся побеждать, когда мы не будем бояться признавать свои поражения и недостатки, когда мы будем истине, хотя бы и самой печальной, смотреть прямо в лицо.

И не так опасно поражение, как опасна боязнь признать своё поражение. Больших слов нельзя бросать на ветер. Поменьше политической трескотни. Поменьше интеллигентских рассуждений. Поближе к жизни!

– Вы не раз говорили, что роман Чернышевского «Что делать?» вас «глубоко перепахал». Между тем герой другого его романа говорит о русском народе: «Жалкая нация рабов, снизу доверху все сплошь рабы...» Что вы думаете об этом?

– Никто не повинен в том, если он родился рабом; но раб, который не только чуждается стремлений к своей свободе, но оправдывает и прикрашивает своё рабство (например, называет удушение Польши, Украины и т. д. «защитой отечества» великороссов), такой раб есть вызывающий законное чувство негодования, презрения и омерзения холуй и хам.

– Ваш стиль выступлений, вашу речь не спутаешь ни с какими другими. Что вы думаете о современном русском языке?

– Русский язык мы портим. Иностранные слова употребляем без надобности. И употребляем их неправильно. К чему говорить «дефекты», когда можно сказать недочёты, или недостатки, или пробелы?

–  Судя по вашим многочисленным высказываниям, как устным, так и печатным, вы не слишком высокого мнения о людях вообще...

– Ум человеческий открыл много диковинного в природе и откроет ещё больше, увеличивая тем свою власть над ней. Но люди всегда были и всегда будут глупенькими жертвами обмана и самообмана в политике, пока они не научатся за любыми нравственными, религиозными, политическими, социальными фразами, заявлениями, обещаниями разыскивать интересы тех или иных классов.

Богатые и жулики, это – две стороны одной медали, это – два главные разряда паразитов, вскормленных капитализмом, это – главные враги социализма, этих врагов надо взять под особый надзор всего населения, с ними надо расправляться при малейшем нарушении ими правил и законов социалистического общества беспощадно.

– Часто говорят, что вы круглые сутки думали и действовали во имя главной цели вашей жизни – Революции. А не возникало желания отвлечься как-то – сходить в театр, в музей, музыку – к примеру, вашего любимого Бетховена – послушать?

– Ничего не знаю лучше «Apassionata», готов слушать её каждый день. Изумительная, нечеловеческая музыка... Но часто слушать музыку не могу, действует на нервы, хочется милые глупости говорить и гладить по головкам людей... А сегодня гладить по головке никого нельзя – руку откусят, и надобно бить по головкам, бить безжалостно!

Я имею смелость заявить себя «варваром». Я не в силах считать произведения экспрессионизма, футуризма, кубизма и прочих «измов» высшим проявлением художественного гения. Я их не понимаю. Я не испытываю от них никакой радости.


Я в искусстве не силён, искусство для меня, это... что-то вроде интеллектуальной слепой кишки, и, когда его пропагандная роль, необходимая нам, будет сыграна, мы его – дзык, дзык! – вырежем. За ненужностью. Впрочем, вы уж об этом поговорите с Луначарским: большой специалист. У него там даже какие-то идейки…  А все театры советую положить в гроб. Наркому просвещения надлежит заниматься не театром, а обучением грамоте. 

А к интеллигенции, как вы, наверное, знаете, я большой симпатии не питаю, и наш лозунг «ликвидировать безграмотность» отнюдь не следует толковать, как стремление к зарождению новой интеллигенции. 

«Ликвидировать безграмотность» следует лишь для того, чтобы каждый крестьянин, каждый рабочий мог самостоятельно, без чужой помощи, читать наши декреты, приказы, воззвания. Цель – вполне практическая. Только и всего.

– Вы правы, в 1917 году более половины населения страны была неграмотна. Как вы намеревались исправлять положение?

– Коммунистом можно стать лишь тогда, когда обогатишь свою память знанием всех тех богатств, которые выработало человечество. Трудящиеся тянутся к знанию, потому что оно необходимо им для победы. Поэтому народный учитель должен у нас быть поставлен на такую высоту, на которой он никогда не стоял, не стоит и не может стоять в буржуазном обществе. И мы в первую очередь выдвигаем самое широкое народное образование и воспитание. Оно создает почву для культуры. 

– Один известный русский литератор сказал о последствиях Русской революции и последовавших за ней событий: «Была Россия, был великий, ломившийся от всякого скарба дом... созданный благословенными трудами многих и многих поколений, освящённый памятью о прошлом и всем тем, что называется культом и культурою». Как бы вы прокомментировали эти слова?

– Дело не в России, на неё, господа хорошие, мне наплевать, – это только этап, через который мы проходим к мировой революции!

Также по теме

Новые публикации

Слово жираф в греческом языке состоит из тринадцати букв и шести слогов. А в русском животное с длинной шеей уместилось в два слога. Но это не помешало греческому переводчику Димитриосу Триантафиллидису подарить землякам стихотворение Николая Гумилёва «Жираф». Перевёл так, что сохранилась музыка гумилёвского стиха, а жираф не превратился в носорога или другого африканского зверя.
Участники полевого этапа экспедиции «Современный этномир (Средняя Азия)» по Узбекистану побывали в Бухаре. Экспедиция проводилась с целью изучения культуры, быта и традиций русского и русскоговорящего населения, проживающего на территории постсоветской Средней Азии.
С 13 по 16 декабря в Рязани проходит форум неправительственных организаций молодых соотечественников «Made in Russia», в котором принимают участие лидеры молодёжных объединений из почти 50 стран всех регионов мира.
В начале декабря в Сочи прошёл V Международный педагогический форум. Одна из его секций была посвящена развитию детского чтения. О самых интересных школьных практиках, которые там обсуждались, рассказывает руководитель секции профессор РГПУ им. А. И. Герцена Татьяна Галактионова.
Соотечественники в Риге отметили 70-летие Всеобщей декларации прав человека. Там прошла конференция балтийских правозащитников с участием представителей Латвии, Литвы, Эстонии и России. И хотя повод был вроде бы радостный – юбилейный, но большинство участников с тревогой и сожалением говорили о нарастающем кризисе в сфере прав человека в своих странах.
«Мы любим вас, русские…» – такое признание, да ещё от совершенно незнакомых людей Елена Сташевская с сыном никак не ожидали услышать в Германии. Чем же заслужили его гости из России? Ответ на этот вопрос лежит во временах более чем полувековой давности, когда возле небольшого немецкого села Сихра героически погиб её отец майор Владимиров.
«Перекрёстный» Год культуры России и Японии подходит к концу. Сотни мероприятий прошли не только в столицах и городах-миллионниках, но и в удалённых от Москвы и Токио регионах. Российскому Тамбову и японской Тамбе 2018 год запомнится надолго – в этом году родилось общество дружбы и сотрудничества «Тамба – Тамбов». Они нашли друг друга благодаря созвучию названий, но, познакомившись ближе, нашли у себя много общего.
11 декабря исполняется 100 лет со дня рождения писателя,  публициста, общественного деятеля Александра Солженицына. Известная французская переводчица с русскими корнями Анн Колдефи-Фокар более 30 лет своей жизни посвятила переводу его романа «Красное колесо». И сегодня у неё есть надежда, что и к роману, и к самому писателю ещё вернутся.