RUS
EN
 / Главная / Публикации / «Нам кажется, что в России Бог нас слышит лучше»

«Нам кажется, что в России Бог нас слышит лучше»

Светлана Сметанина26.04.2017

В программе освоения Дальнего Востока государство придаёт большое значение переезду семей старообрядцев из Южной Америки. Первые попытки сложились не слишком удачно. Но теперь власти на самом высоком уровне намерены сделать всё, чтобы возвращение староверов на свои исконные дальневосточные земли стало как можно более массовым.

16 марта Владимир Путин встретился с митрополитом Московским и всея Руси Русской православной старообрядческой церкви Корнилием. Встреча такого рода – сама по себе важный знак. Никогда прежде глава российского государства не принимал у себя предстоятеля старообрядческой церкви. Речь шла о переезде староверческих общин из Латинской Америки в Россию и конкретно на Дальний Восток. «Президент подчеркнул, что нужны примеры того, как русские могут трудиться и осваивать землю», – митрополит Корнилий поделился подробностями беседы с участниками конференции «Возвращение староверов на Дальний Восток», организованной министерством по развитию Дальнего Востока и Агентством по развитию человеческого капитала на Дальнем Востоке.

Члены старообрядческой общины в с. Дерсу (крайний слева – Ульян Мурычев). 
Фото: Полина Иванушкина, aif.ru

Действительно, сложно найти другой такой пример, когда люди не просто ответственно, а даже в каком-то смысле истово относятся к земле и работе на ней. К примеру, в Боливии, где осело несколько сотен старообрядческих семей, их земли дают гораздо более высокие урожаи, чем плантации местных крестьян.

Возвращение на «Святую Русь»

Но удивительно даже не эта культивируемая веками любовь к сельскохозяйственному труду, а то, что гонимые и вынужденные скитаться по всему миру общины старообрядцев везде, где удавалось осесть, воссоздавали свой мир – свою «Святую Русь». Вытесненные из Центральной России в Сибирь и на Дальний Восток, после революции 1917 года староверы вынуждены были эмигрировать в Китай. А когда к власти и в Китае пришли коммунисты, они опять бросили всё и бежали в Австралию, Уругвай, Боливию, США и Канаду. И тем не менее за более чем триста лет гонений и скитаний им удалось не просто сберечь веру и родной язык, а полностью сохранить жизненный уклад, завещанный ещё предками.

Читайте также: Русский дом на Тубабао 

В середине 2000-х российские власти, озаботившись заселением пустеющего Дальнего Востока, вспомнили о староверах и предложили им вернуться на историческую родину. Зачем это самим старообрядцам, вполне, казалось бы, прижившимся на дальних землях? Тем более что уже не одно поколение родилось и выросло в совсем других культурных и климатических условиях. 

Митрополит Корнилий объясняет это так: «Это русские из русских, православные из православных и они хотят вернуться на родную землю, где триста лет были гонимы, но остались патриотами и готовы вернуться, чтобы честно трудиться». А представитель общины староверов в Приморском крае Ульян Мурычев выразился и того проще: «Как было не поехать – кому не охота жить в своей Святой Руси?»

Правда, возвращение на историческую родину оказалось вовсе не таким идиллическим, как мечталось дедам и бабкам нынешних старообрядцев.  Особенно тяжёлые испытания выпали на долю тех, кто переехал в село Дерсу в Приморском крае. 

Ольге Ровновой, секретарю Комиссии по исследованию старообрядчества при Международном комитете славистов, буквально на Пасху удалось съездить в эти удалённые от какой-либо цивилизации места. По её словам, жизнь старообрядческой общины (а там всего 71 человек) больше похожа на выживание. Причём зачастую возникшие проблемы даже трудно объяснить с точки зрения здравого смысла. К примеру, для отопления своих изб староверам нужны дрова, но взять их негде, хотя кругом сплошные леса и буквально под ногами лежат кубометры валежника и сухостоя. Но брать их нельзя, поскольку территория, примыкающая к селу, принадлежит национальному парку «Удыгейская легенда». Почему местные власти не могут договориться с руководством заповедника по поводу дров – загадка. А ведь для людей, зимующих там при морозах в 40 градусов, это буквально вопрос жизни и смерти. 

«Нам ставят палки во все четыре колеса, а нужно адаптироваться и к климату, и к населению, и к начальству», – описывает ситуацию Ульян Мурычев.

Работать на земле

К климату, видимо, адаптироваться всё же легче. А вот насчёт взаимопонимания с людьми  большие сложности. Староверы говорят на чистом русском языке, но зачастую с трудом понимают местных – слишком по-разному те и другие воспринимают жизнь. «Над нами смеются как над детьми», – признаётся Мурычев. Наивность и доверие староверов не раз играли с ними злую шутку. Бывший глава поселения пообещал за пять миллионов рублей оформить землю в собственность – деньги взял и обманул. Сейчас-то он в тюрьме, но ведь деньги так и не вернул. Действительно, как дети – верят людям на слово…

К слову, с землёй тоже большие проблемы – в собственность её так и не дают. А плату за аренду повысили в пять раз, что стало для староверов неподъёмно. А земли староверам нужно много – минимум 300 гектар на семью, чтобы работа на ней была материально оправдана и выгодна. Так что и хорошая сама по себе программа «Дальневосточный гектар» проблемы не решит. Казалось бы, есть конкретные люди, готовые работать на земле со всей душой и ответственностью, и есть край, где полно земли, никем не освоенной и не занятой. Почему бы не соединить одно с другим на благо и самому краю, и России в целом? 

Новые старые соотечественники

В Амурской области, где проживает община из 24 человек, ситуация полегче. Частные лица предоставили там в дар староверам 1500 гектар земли. В поселении построено три новых дома, вот-вот к ним протянут электричество. Но проблемы с адаптацией к российской действительности актуальны и здесь. Члены общины хотели бы вступить в Госпрограмму по содействию переселению в Россию соотечественников из-за рубежа, не только предоставляющую существенную материальную помощь переселенцам, но и позволяющую довольно быстро получить российское гражданство. Но вот закавыка – в программе указаны жёсткие критерии для участников: наличие диплома об образовании и подтверждённый стаж работы. Проблема в том, что у староверов зачастую нет даже начального образования – все они учатся дома. И дома же работают – сами на себя. Так что никаких трудовых книжек тоже нет. Кристина Мягкова, советник главы города Свободный в Амурской области, много и добросовестно помогающая староверам, уверена, что для них необходимо делать исключение при приёме в Госпрограмму переселения. 

Такие же коррективы с поправкой на староверческую специфику нужны и при предоставлении кредитов. «Мы хотим взять кредит на покупку коров, но у нас нет документов о трудовом стаже», – объясняет член староверческой общины Ольга Реутова.  

«Для них проблема написать письмо, жалобу. Зарегистрировать юридическое лицо и вести бухгалтерию для отчётности  – вообще невыполнимая задача. Нужен посредник, который проведёт их буквально за руку через все бюрократические хитросплетения. Если в Дерсу в итоге всё будет хорошо, то другие староверы поедут сюда толпами», – уверен исследователь староверов Дмитрий Алешковский.  

Как заверил митрополит Корнилий, нынешняя ситуация с переселением староверов находится на личном контроле президента. Так что вся надежда на него. Ну и на Бога, конечно же. «Нам кажется, что в России Бог нас слышит лучше», – признаётся старовер Ульян Мурычев.  

Также по теме

Новые публикации

15 февраля исполняется 30 лет со дня вывода советских войск из Афганистана. Время быстротечно, и немало воды утекло за эти годы в реке Амударья, по мосту через которую выводил войска на советскую территорию командующий 40-й армией генерал Борис Громов.
«Мудрые государственные деятели России всегда знают, как выбирать своих иностранных представителей», – так писала одна из американских газет в 1851 году о российском после в США Александре Бодиско. Он проработал на этом посту 17 лет – рекордный срок. Уважение к нему было столь велико, что в день его похорон американский конгресс на день прервал работу, что стало беспрецедентным событием.
Ивана Андреевича Крылова, 250-летие которого мы отмечаем, все знают как автора замечательных басен. Между тем современникам он не менее был известен как автор популярных пьес, но ещё больше – как один из главных русских чудаков.
Абделлатиф Мохамед Эльсайед Рефат – директор и преподаватель языкового центра «Восток» (Хургада), где изучается русский язык. Дипломированный преподаватель РКИ, выпускник московского вуза, сейчас он обучает жителей Хургады как русскому, так и арабскому языкам. Он рассказал корреспонденту «Русского мира» о возможностях обучения в Хургаде и об отношении простых египтян к нашей стране.
Почему современному политику не обойтись без багажа пословиц и поговорок и как русская фразеология стала международным брендом, в кильватере которого следует вся Европа и часть Америки? Об этом рассказывает профессор Санкт-Петербургского университета, автор «Большого словаря русских крылатых слов» и «Большого словаря русских пословиц и поговорок», почётный председатель Фразеологической комиссии при Международном комитете славистов Валерий Мокиенко.
Выставка «Путешествие с Достоевским» открыта в петербургском Музее железных дорог России. Экспозиция рассказывает о том, куда и на чём великий русский писатель перемещался по железной дороге, как под стук колес менялось его мнение о России и Европе и в каком именно вагоне познакомились герои романа «Идиот» князь Мышкин и Парфён Рогожин. Музейный эксперимент по привлечению новой публики удался – среди экспонатов по сути технического музея ходит начитанная публика и иностранцы, привлечённые именем Достоевского.
8 февраля в Фотоцентре Союза журналистов России (Москва) открылась фотовыставка «Афган – наша память!», посвящённая 30-летию окончания боевых действий и вывода советских войск из Афганистана. Выставка организована при поддержке фонда «Русский мир», Московского комитета ветеранов войны и ряда других ветеранских объединений.
Со Второй мировой войной связано возникновение новой, «второй» волны эмиграции из СССР, состоящей преимущественно из т. н. перемещённых лиц («ди-пи») – русских квалифицированных рабочих, угнанных на работу в Германию, а также военнопленных. По далеко не полным данным местных советов, с оккупированных территорий из СССР было насильственно перемещено 4 797 089 человек. Кроме того, органами репатриации было учтено 2 016 480 военнослужащих советской армии, оказавшихся в плену.