RUS
EN

Гоголь секонд-хенд

 

Гоголь секонд-хенд

Владимир Емельяненко

Ну и дела творились ныне в Миргородском районе! Странное происшествие случилось на Сорочинской ярмарке: еще до ее начала все наполнилось слухом, что присутствовать на ней будут сразу два Николая Васильевича Гоголя!

Фото: http://www.yarmarok.poltava.ua

И то верно: как же без «чертовщины» в год 200-летнего юбилея великого писателя? Красную свитку, конечно, никто не видел, зато посетители с удивлением могли наблюдать героев «Вечеров на хуторе близ Диканьки» – Хиврю, Солопия Черевика, Солоху и цыган – аж в «двойном комплекте»! Впервые ярмарку вели сразу две бригады – самодеятельная народная и профессиональная артистическая. Друг друга они не признавали, как андеграунд классику. Сей странный конфликт затмил даже приезд в Великие Сорочинцы президента Украины Виктора Ющенко. Пана президента хотели встретить акциями протеста из-за галопирующих цен на газ и свет, а встретили… жестокой конкуренцией самодеятельных и профессиональных артистов.

Не по сценарию ярмарка зажила еще до своего открытия. Нескольких дней до шумной церемонии въезда в Сорочинцы гоголевских героев, с 1966 года ставших частью ее жизни, не дожила Зоя Руденко – первая самодеятельная исполнительница роли Хиври. Актриса-крестьянка играла дородную Хиврю так, что никаких сомнений в правдивости ее персонажа не возникало.

Дальше – хуже. Когда в одном конце торговых рядов за упокой «нашей Зои» люди поднимали чарку, в другом – народ онемел от дерзости запорожских разбойников-гастролеров. Два лихих хлопца на бегу отрезали роскошную (накладную) косу у гарной дивчины и растворились в толпе. Причина столь странного поведения выяснилась быстро. В этом году на ярмарке появились «коробейники», скупавшие натуральные волосы: 30 сантиметров за 600 гривен (примерно 119 долларов). Правда, они спешно свернули свою торговлю, дабы не быть изгнанными сорочинцами за непонятный бизнес.

«О цэ такэ, чертяче мисто, – ворчит Гоголь с 15-летним стажем, директор Хорольского дома культуры Александр Сухацкий, – еще не то побачитэ. Айда». И он ведет к сердцу ярмарки – необъятной поляне, Жабокрицкой площади.

Гоголь-нос

Гоголь–Сухацкий – мужчина видный: под два метра ростом, с осанкой и повадками запорожского казака. Приклеенный «гоголевский» нос он носит осторожно и бережет его, как новорожденного. Когда к нему подбегают с фотоаппаратами, он никому не отказывает, но перед объективом выбирает такую позу, чтобы нос никто ненароком не задел. Старания сельского актера и торговцы, и гости ярмарки простодушно вознаграждают чарками горилки. Но Гоголь–Сухацкий – человек интеллигентный и не может себе позволить «нахрюкаться» до состояния всегда пьяненького Солопия Черевика. Он лишь пригубляет, но делает это так, что его все принимают за своего. И верят: Н.В. Гоголь таким и был – большим, простым и доступным. «Это ж надо, – недоумевают молодые женщины-торговки, кивая на Сухацкого, – такого человека не допустили к церемонии открытия!» Чем Гоголь–Сухацкий не угодил устроителям ярмарки, народу неизвестно. Сплошные гадания: то ли клоунадой слишком увлекся, то ли гонорар большой запросил… А кто-то шепчется об указе из Киева. Ярмарке-то присвоили статус национальной, и будто бы президент давно хотел, чтобы героев гоголевской повести играли профессиональные актеры. Их появления торжище ждет с нетерпением и ревностью.

Хивря

Фото: http://www.yarmarok.poltava.ua

Ровно в полдень появилась бричка с теми самыми, как у Гоголя, волами и кобылой, «смиренный вид которой обличал преклонные лета ее». Кобылу и волов народ узнает, но неодобрительно шушукается и бесцеремонно разглядывает актеров Полтавского музыкально-драматического театра имени Н.В. Гоголя, изображающих литературных героев. Как ни стараются актеры, аплодисментов не слышно. К усадьбе Хиври, отреставрированной с тщательностью неимоверной, гоголевские герои в исполнении профессиональных актеров двигаются весело, но будто сквозь солдатский строй. Не спасают ни аппетитное лузганье семечек Хиврей, ни веселый гопак. Народ безмолвствует. «Та с той Хиври толку, як с голодной москальки!» – вдруг громко рявкает мужик из толпы, намекая на бутафорскую полноту статной и стройной актрисы Екатерины Филатовой. Хивря мгновенно вычислила в толпе обидчика. Ее будто прорвало: «Чтоб ты подавился, негодный бурлак! – она картинно соскакивает с брички, хватает за чуб оторопевшего мужика и тараторит гоголевский текст. – Чтоб твоего отца макытрой в голову стукнуло! Чтоб он поскользнулся на льду, антихрист проклятый! Чтоб ему на том свете черт бороду обжег!»

Смех поднялся такой, что режиссер ярмарки Владимир Любанский наконец-то вздыхает с облегчением. «О цэ добре, – смеются мужики вокруг, – крепка лайка». И Хивря вмиг становится своей. Чтобы она потом ни делала: гонялась ли за нерасторопным Черевиком, примеряла ли наряды в торговых рядах, пела ли со сцены – ей хлопают и смотрят любящими глазами. А Черевик и Солоха лишь подыгрывают Хивре. И не могут не видеть, что за волами и кобылой, среди зрителей, стоят не допущенные к представлению другая Солоха и цыганка Аза. Они вместе с Гоголем–Сухацким ждут другого Гоголя. И своего звездного часа – поквитаться.

«Малэнький» Гоголь

Фото: http://www.yarmarok.poltava.ua

Писатель в исполнении актера Валерия Ивакина появляется чуть позже своих героев, идет пешком по той же тропинке в усадьбу Хиври. За ним наблюдают тысячи глаз. Он явно волнуется. И тут какая-то старушка из толпы расставляет все точки над «i». «Ой, такэ мэлэнькэ, – не может сдержаться бабка, – що вонэ за Гоголь?» Миф о том, что великий писатель был рослым, как казак, прочно вживлен в сознание его земляков. И непосредственность старушки провоцирует новые колкости.

«И на бричку боится прыгнуть», – будто между собой, но на деле громко обсуждают нового Гоголя зрители. А потом группками и поодиночке перебираются на соседнюю поляну, где альтернативные гоголевские герои, словно в отместку профессиональным, развернули свой шатер и свой спектакль. Они, произвольно цитируя «Мыколу Василича», рекламируют глиняные изделия из Опошни, фотографируются с живыми крокодильчиками и ряжеными конотопскими ведьмами, катают на лошадях и волах детей и создают шум гоголевской эпохи, такой, какой себе ее представляют.

«Я просилась к профессиональным актерам, – говорит цыганка Аза, иначе Валентина Солодовник из Миргорода, девятый год работающая на ярмарке, – но не взяли». Впрочем, цыганка–Солодовник единственная из художественной самодеятельности, кого профессионалы нехотя, но допустили в массовку. А Аза вернулась к своим, не выдержала превосходства со стороны актеров и неприятия их со стороны зрителей.

Еще тяжелее новому Гоголю.

«Я слышу, как мне шепчут в спину: «Та дуже молодый, цэ не Гоголь», – признается Валерий Ивакин, поразительно похожий на великого писателя, – и упрекают, что не высокий, не веселый. Как им доказать, что Николай Васильевич ростом был 1 метр 62 сантиметра, робок до замкнутости и умер молодым – в 43 года?» Актер играет мятущегося интеллигента, чтобы убедить людей в ложности ярмарочно-выставочного образа писателя, но… Его окружают десятки туристов с просьбами сфотографироваться. В недоумении актер от них сбегает. Запершись в автобусе, возмущается: «Как они не понимают, что проще – это не грубее? Гоголя нельзя похлопывать по плечу. Ему не нальешь рюмку и не ляжешь с ним под дерево». Ивакин корит себя за то, что сыграл что-то не так, а туристы уходят к другому Гоголю. Про «малэнького» кто-то оторопело делится впечатлением: «Ты подумай, якэ высокомэрнэ...»

Солопий Черевик

Фото: http://www.yarmarok.poltava.ua

Кто бы мог подумать, что один из любимцев ярмарки ее проигнорирует!

«Я накануне поехал в Миргород, – рассказывает житель Великих Сорочинец Петр К. («Не пышить нашу фамилию, – просит его жена, – дуже стыдно»), игравший Черевика последние пять лет, – говорю: «Дайте заработать, шестой год без дела сижу». А организаторы отвечают, что, мол, у нас Черевик уже есть. Из театра. Ну, я плюнул да уехал». От обиды живущий через две улицы от ярмарки отвергнутый «Черевик» туда не идет. «Я ему говорю, – волнуется его жена Валентина Васильевна, – мне бы макытру там присмотреть, а то старая закоптилась. Он злится: «Нэ ходь!» Петр Васильевич и Валентина Васильевна год ждали ярмарки, чтобы свести концы с концами. Глава семейства, 25 лет отдавший геологии, четыре года не дотянул до пенсии – его организацию в Полтаве распустили. Теперь он на жизнь зарабатывает рыбалкой, огородами да скоморошьими представлениями на ярмарке. Когда и роль Черевика отняли, его находчивая жена придумала новый промысел. Уже несколько лет в Сорочинцы съезжаются не только торговцы и покупатели, но и тысячи туристов. Вот она и сселила семью в летнюю кухню, а просторный дом сдает гостям. «Скупой народ пошел, – жалуется Валентина Васильевна, – нет у него грошей, с палатками едет!» Она скидку придумала: в первые сутки за проживание берет 10 гривен, а в последующие – 7. Если гости задержатся, может снизить плату до 5 гривен. «Куда нам деваться? – спрашивает бывший Черевик. – Работы нет, а долг только за свет составил 130 гривен. За воду долг внесли, а свет грозятся отключить». Супруга его поправляет, говорит, что ярмарка худо-бедно выручила: у их семьи долгов за свет и воду теперь нет, осталось самое неподъемное – выплатить 800 гривен за газ, долг за полтора отопительных сезона. В этом месте муж и жена обрывают свой рассказ и смотрят друг на друга.

Фото: http://www.yarmarok.poltava.ua

«От людей стыдно, – прячет руки в цветастый фартук Валентина Васильевна. – Живем как бездомные». Их семья две зимы не живет в своем доме – нечем рассчитываться за газовое отопление. С холодами они заколачивают ставни и запирают дом. Муж перебирается в летнюю кухню и охраняет от мародеров жилье, изредка его протапливая. Сын и дочь уезжают на учебу в Киев и Полтаву, а Валентина Васильевна отбывает на «зимовку» к старушке-матери в соседнюю деревню Великая Богачка, иногда проведывая мужа. Там матери, как ветерану войны, дрова выделяют бесплатно. «Так будет и в эту зиму, – смотрит в пол Валентина Васильевна. – Если наберем 800 гривен, то платить за отопление все равно нечем. Да и Москва, говорят, опять поднимет цены на газ. Но, даст Бог, долг погасим, а там и Россия, я слышала, после наших президентских выборов послабление обещает...» И почти без паузы женщина выговаривает мужу: «А макытру я бы прикупила. Сидишь тут. Бирюк бирюком. Ишь, обиделся он». Муж, видно, в шутку вспоминает несыгранную роль Черевика: «Та за шо така напасть на нас, грешных? И так много всякой дряни на свете, так Господь еще жинок наплодил». После вялых препирательств и уговоров «Солопий Черевик» все же обещает выйти в люди. Однако когда заботливая «жинка» бросилась доставать из шкафа его костюм – алые шаровары и вышитую рубаху, муж ее остановил: «Не надену». В чем был – выцветшая синяя футболка с надписью Nike, изодранная у правого плеча, мятые брюки и калоши на босу ногу, – в том и пошел.

Два Гоголя

Первые впечатления отвергнутого и безработного «Черевика» – масса сравнений, замешанных на ностальгии. «Всегда у ярмарки было три-четыре ряда, – говорит он, – а в этот раз – большой один, а два какие-то «недоделанные».

Постепенно он оттаял и согласился: если выставить четыре ряда, станет тесно, и люди не смогут их «оправдать» покупками. Нет денег. Это раньше, вспоминает он, в 60-е годы прошлого века, люди ехали сюда, чтобы без всякой записи купить чудо техники – мотоцикл. Потом, в 70-е, в свободную продажу «выкидывали» легковые машины, в 80-е народ, построивший дома и гаражи, обустраивал их кухнями, коврами и утварью, в изобилии украшавшими торговые ряды.

Фото: http://www.yarmarok.poltava.ua

Сегодня, в эпоху рынка, ярмарка ужалась до одного базарного ряда, где наперебой предлагают в основном секонд-хенд из Европы, ширпотреб из Китая и Турции «и так, по мелочи, всякую кустарщину». На остальное не хватает сил. Высокая арендная плата и еще более высокие пошлины на ввоз товаров из России и их вывоз с Украины привели к тому, что ярмарка растеряла гостей не то что с Кубани, но и из Белгорода, Брянска, Воронежа и Белоруссии. Вяло едут и торговцы. Чтобы как-то защититься от суровой экономности «оранжевых» времен, народ в Сорочинцы везет то, что не продавалось здесь, может быть, со времен Гоголя, – муку, горшки, мед, картошку, валенки и калоши, много керамики, кур, уток, гусей и, разумеется, сало.

«Мы сюда собираемся показать собранный урожай и пообщаться, – говорит «Солопий Черевик», – как оно и было в ХIХ веке при Николае Васильевиче. Но у нас и эту маленькую радость хотят отнять. Европейцы вон с секонд-хендом лучше обходятся – донашивать присылают. А с нами, самодеятельными артистами, запросто все – поносили и выбросили. Но мы ведь и есть тот самый народ, который ярмарку делает, а нас от нее отлучают». Он с нескрываемой обидой показывает на усадьбу Хиври, где новые Гоголь, Солоха, Хивря и Солопий Черевик расхаживают по сцене с бутафорскими вязанками лука и валенками. Непризнанный «Черевик» отказывается идти на «урбанизированный» концерт, и мы направляемся к самодеятельному уличному «фотосалону». Он считает, что ради сохранения первозданности ярмарки нужен компромисс. «Пусть будут театральные постановки, – соглашается «Черевик», – но и нам, народу, позвольте понимать Гоголя так, как мы его понимаем». С ним соглашается цыганка Аза. «Хорошо, Петр Васильевич, что вы пришли, – заметив его, говорит она, – все своих больше». И ведет под тень деревьев, где Гоголь–Сухацкий возлежит с поклонниками и под уже полупустую бутыль горилки толкует с ними «за жизнь».

«Вставай, – просит цыганка Аза Гоголя, – пора работать. А то все переберутся на актерскую поляну».

И народ

Они идут фотографироваться с народом. Какая-то молодая мама захотела, чтобы ее годовалая дочь в розовом банте сфотографировалась с Гоголем. Он берет девочку на руки, зачем-то становится рядом с картонным манекеном Гоголя, непохожим на «живого» по определению. Еще зовет мальчонку лет пяти-шести. «Для компании», – объясняет Гоголь–Сухацкий. Мальчугану все нравится. Перед объективом он замирает, как по стойке смирно. Потом берет девочку на руки и просит, «чтобы вспышка жахнула снова». Попозировав, восхищенный малыш бежит к отцу: – Па-а-ап, – орет он на всю поляну, – купи девочку!!! – Мамка не продает, – невесело отвечает отец. Мальчишка еще долго оглядывается на двухметрового Гоголя с носом, цыганку и девочку в розовом банте.

Справка:

Сорочинская ярмарка (укр. – «Сорочинський ярмарок») – Национальная ярмарка Украины, проводимая в селе Великие Сорочинцы Миргородского района Полтавской области. В XIX веке это была одна из многих ярмарок Малороссии. В 40-е годы XІХ века здесь было до 12 тыс. ярмарок, в том числе 178 больших и до 5 тыс. средних. Сорочинская считалась маленькой, но после выхода повести Гоголя «Сорочинская ярмарка» она обрела всероссийскую известность. Возрождена в 60-е годы ХХ века. В 1999 году ей единственной присвоен статус Национальной ярмарки Украины.


Скачать (PDF, 10 Mb)

поиск В АРХИВЕ журнала

Год и месяц издания журнала:

Автор статьи:

Название статьи:

Показать все номера

КОНТАКТЫ

Редакция журнала “Русский мир.ru”
Тел.: (495) 981-56-80
Тел.: (495) 981-6670 (доб.109) - вопросы по подписке

Задать вопрос редактору журнала:

Защита от автоматических сообщений
CAPTCHA

Задать вопрос по подписке на журнал:

Защита от автоматических сообщений
CAPTCHA