В январе 2010 года 225 учащихся из школ Ташкента, Ташкентской, Джизакской и Сырдарьинской областей Узбекистана, дети из малообеспеченных семей и домов-интернатов, за счёт средств бюджета Российской Федерации смогли поправить своё здоровье в зимнем лагере, а также имели возможность улучшить свои знания по русскому языку.

Впервые в этом году в работе зимнего лагеря русского языка приняли участие кадеты – воспитанники классов с военно-патриотическим уклоном, которые создаются при некоторых православных приходах Ташкентской и Среднеазиатской епархии Русской православной церкви.

Совместная программа российского посольства, представительства Россотрудничества и благотворительного фонда «Соглом авлод учун» («За здоровое поколение») по организации детского отдыха в период зимних и летних школьных каникул действует в Узбекистане уже на протяжении нескольких лет. Дети имеют возможность отдыхать в детских оздоровительных лагерях Ташкентской, Самаркандской и Наманганской областей Узбекистана, где свои летние каникулы ежегодно проводят около 300 детей-соотечественников из малообеспеченных семей. Всего же за время работы таких зимних и летних лагерей в них побывало около 2000 детей.

Учитывая большой спрос в Узбекистане на русскую культуру и русскоязычное образование, работа с детьми важна и необходима. Мы попросили подробнее рассказать об этом направлении деятельности представительства Россотрудничества в Узбекистане его руководителя Лидию Владимировну Никитину.

– Лидия Владимировна, Россотрудничество организует летние и зимние лагеря русского языка в Узбекистане вот уже четыре года. Чья это была инициатива?

– Инициатива исходит от Правительства России. Решение о выделении денег на проведение таких лагерей принимается Правительственной комиссией по делам соотечественников за рубежом. Подобные лагеря мы организуем каждый год.

– Насколько я понимаю, эти лагеря предназначены не только для детей соотечественников в узком понимании, то есть не только для этнических русских?

– Совершенно верно. Мы решили, что делить детей по этническому признаку будет неправильно. Все они учатся в одних и тех же школах, живут по соседству и т. д. Половину путёвок распределяет фонд «Соглом авлод учун», при этом их дают не только узбекским детям, тут могут быть и татары, и представители других национальностей, живущих в республике. Другая половина распределяется Русским культурным центром Узбекистана среди этнических русских семей, но и в этом случае на национальность строго не смотрят: в их число могут попасть и корейцы, и те же татары. Поэтому у нас получается своего рода узбекский «Артек». Места в лагере предоставляются, в первую очередь, социально незащищённым детям.

– Охотно ли родители-узбеки отдают своих детей в эти лагеря, и охотно ли они там учат русский язык?

– Да, охотно. Я наблюдала это сама прошлым летом. Дети подходили ко мне и на русском языке (хотя сказать, что узбекские дети хорошо говорят по-русски, было бы преувеличением), как могли, благодарили за предоставленную возможность отдыхать в лагере. А потом это же дети, им интересно говорить по-русски со своими сверстниками. Вожатые с ними тоже говорят по-русски, все команды отдаются на русском языке, песни поются русские. У меня было такое ощущение, что я попала в обычный пионерский лагерь, в каком сама была в детстве.

– Разница во владении русским языком детьми из Ташкента и из провинции очень существенна?

– Безусловно. Если в Ташкенте говорят по-русски, там есть русскоязычная среда, то дети из кишлаков в этом отношении – проблемные, хотя минимально на русском они всё же говорят. Собственно, этот лагерь во многом и предназначен для того, чтобы улучшить их русскую речь.

– Используются ли на занятиях новые методики преподавания русского языка как иностранного?

– Разумеется. Во-первых, используется вся методическая литература, которая есть в нашем центре (Российском центре науки и культуры в Узбекистане. – Прим. ред.). Работают в лагерях преподаватели наших курсов и – в основном – учителя русского языка школ Ташкента. В отличие от других стран СНГ в Узбекистане русский язык преподаётся, что называется, носителями (у узбекских учителей он очень чистый, очень правильный), поэтому могу сказать, что я горжусь преподавателями русского узбекской национальности. Они очень хорошо преподают русский язык.

– Какие ещё проекты вы осуществляете совместно с фондом «Соглом авлод учун» или другими узбекскими неправительственными организациями?

– У этого фонда есть много отделений в Узбекистане. Мы открываем в разных городах библиотеки, которые комплектуем совместно. Это вызывает огромный интерес. С фондом «Форум культуры и искусства Узбекистана» мы проводим выставки и другие мероприятия, но хотелось бы, чтобы это сотрудничество расширялось: чтобы русские художники выставлялись здесь, а узбекское искусство могло быть широко представлено в России. То же касается музыкальных и театральных коллективов. Если всё хорошо сложится и будет подписана программа гуманитарного сотрудничества, у нас есть планы провести Год России в Узбекистане и Год Узбекистана в России.

– Те мероприятия, которые вы проводите, востребованы? Вы ощущаете это?

– К нам недавно приезжал Михаил Швыдкой, и он сказал: «В Узбекистане на русскую культуру голод». Это совершенно верно. Настоящий голод.

Справка: Весной 2010 года в пяти городах республики – Ташкенте, Нукусе, Термезе, Навои и Фергане – будут открыты шесть Кабинетов Русского мира. В этом году фонд «Русский мир» также намерен открыть в Узбекистане Русский центр. Соответствующий договор был подписан с Ферганским государственным университетом в апреле 2009 года.