Генеральный синод Церкви Англии продемонстрировал высочайший драматизм, которому могли бы позавидовать лучшие английские театры. На протяжении четырёх дней сторонники и противники женского епископата держали в напряжении британскую публику, но так и не смогли переубедить друг друга.

Казалось бы, сколько можно? Прошлый Синод в принципе уже открыл женщинам дорогу в епископы, правда, этой дороге предстояло быть долгой и тяжёлой. Но тогда победа либералов поставила Церковь Англии на грань раскола. И вот два высших её иерарха – архиепископ Кентерберийский Роуэн Уильямс и архиепископ Йоркский Джон Сентаму – предложили новый компромисс, который мог бы удержать традиционалистов в лоне церкви. Согласно их хитроумной поправке, епархии, которые в будущем (не ранее 2014 года) могли бы возглавить женщины, получили бы параллельных епископов-мужчин. И те консервативные приходы, которые не захотели бы подчиняться епископам женского пола, могли бы благополучно этого не делать.

Компромисс был близок к принятию, за него проголосовали епископы и миряне, но всё же провалился. Против оказалась палата священников (голосование проводится в трёх палатах раздельно), где верх взяли напористые священницы. Женщин в Церкви Англии рукополагают с 1994 года, они невероятно активны и страстно борются за своё будущее. Компромисс показался им очередным покушением на их права.

Значит ли это, что теперь раскол неизбежен? Споры о женском священстве продолжаются в христианских конфессиях уже давно. Консерваторы утверждают, что различие между мужчинами и женщинами имеет сущностный характер, то есть речь идёт не только о физических, но и метафизических вещах. Не случайно Христос избрал апостолов из мужчин и не включил в их число свою мать. Это выбор Бога. Аналогичным образом он избрал воду для крещения, хлеб и вино для причастия. Эти вещи ничем не лучше других, так и мужчины ничем не лучше женщин. И те и другие равно могут быть святыми. Но они призваны служить церкви по-разному.

Нет, утверждают либералы, различия не уходят так глубоко. Они определяются историей и культурой. Во времена Христа и ранней церкви общество жило по патриархальным законам, и женщины играли подчинённую роль. Иисус бросил вызов этим условностям (вспомним о роли женщин в его окружении), но Церковь их в конечном счёте кодифицировала. Вернулась к общепринятым нормам. Однако сегодня их никак не назовёшь общепринятыми. Меняется роль женщин в культуре, должна она меняться и в церкви.

У католиков и православных победа определённо за консерваторами. В обеих церквах большую роль играет Предание, а отцы Церкви однозначно высказались против женского священства. На Западе это среди прочих утверждал сам блаженный Августин, на Востоке не менее авторитетный Иоанн Златоуст.

У протестантов дело обстоит иначе. Они отвергли Предание, сохранив лишь авторитет Писания. Именно в Библии они нашли подтверждение реформаторским идеям. Например, Мартин Лютер основал на Новом Завете свою идею о священстве всех верующих. Деление на священников и мирян было отвергнуто. Теоретически это открывало дорогу к алтарю и женщинам.

Первые пасторы-женщины появились уже в XIX веке. Либеральные протестантские богословы нашли в Библии основания для этого новшества. Но протестанты-консерваторы поискали и нашли опровержения. Война интерпретаций продолжается по сей день.

В Церкви Англии споры носят наиболее острый характер. Причина в том, что церковь эта реформирована не до конца. Формально протестантская, она сохраняет немало общего с католичеством. Поэтому неудивительно, что в ней сложилось крыло так называемых англо-католиков, которые остро реагируют на всякие протестантские новшества. И мечтают восстановить каноническое общение с Римом. Женское священство, а уж тем более женщины-епископы ставят на этих надеждах крест.

Ватикан уже вызвался помочь тем англо-католикам, которых женский епископат не устраивает ни в какую. В прошлом году Папа Бенедикт XVI опубликовал апостольскую конституцию, которая позволяет целым англиканским общинам переходить в лоно Католической церкви, сохраняя при этом свои главные богослужебные традиции и даже частичное самоуправление. И самые рьяные англо-католики заявляют, что готовы лишится приставки «англо». Один такой массовый исход уже случился после 1994 года, когда женщин начали рукополагать.

Дело усугубляется тем, что в раскол могут уйти не только англо-католики, но и многие англо-евангелики. У этих двух групп мало общего. Евангелики – протестантское крыло Церкви. Но консервативной их части женское священство никак не по душе. Они Библию толкуют совсем не так, как либералы. Складывается парадоксальная ситуация: под англиканское единство совместными усилиями фактических антиподов заложена мощная бомба. Англо-евангеликов давно уже готовы принять под свою юрисдикцию их единомышленники в Африке, где традиционализм на подъёме. Ведь Англиканское содружество, сохранившееся на обломках Британской империи, охватывает собой полмира.

И всё же раскол не так неизбежен, как это кажется. Во всяком случае, выяснение отношений может затянуться надолго. Во-первых, прошедший Синод всё же оставил место для компромисса. Было решено, что решения по традиционалистам в будущем смогут приниматься на епархиальном уровне. Во-вторых, законопроект по женщинам-епископам может быть вынесен на голосование Синода в 2012 году, только если он будет одобрен синодами епархиальными. В-третьих, он будет принят лишь в том случае, когда за него проголосуют две трети епископов, священников и мирян. Нет – и процесс должен начинаться заново. Всё это оставляет традиционалистам разных толков большое пространство для манёвра.

Есть и ещё один сдерживающий фактор – материальный. Тем, кто захочет покинуть лоно церкви Англии, вряд ли будут выплачены денежные компенсации, как это случилось с теми, кто прибился к католикам в знак протеста против женского священства после 1994 года. Едва этот вопрос был поднят на нынешнем Синоде, как в зале раздалось возмущённое буканье. И его обсуждение решили отложить. Ну а тем, кто захочет уходить под юрисдикцию заморских епископов, будет очень сложно сохранить свои храмовые здания. И вряд ли очень напористые, но бедные африканские традиционалисты смогут помочь им в этом вопросе.

Борис Фаликов