Новообращённые мусульмане часто выбирают радикальную версию ислама, но это не значит, что они будут придерживаться её всю жизнь.

Недавно муфтий Северной Осетии Али Евтеев ушёл в отставку. Причиной стало его интервью одному из интернет-изданий, где он откровенно признался, что увлекался радикальным исламом, был знаком с Анзором Астемировым и Мусой Мукожевым, вставшими на путь террора, более того, ездил в некую «учебку» в Чечне, где заправляли приезжие исламисты. Муфтий прошёлся и по православным, которые, по его мнению, занимались на Кавказе не тем и не так. Интервью вызвало большой скандал, молодого муфтия подвергли остракизму почти все российские мусульманские лидеры. Он извинился перед православными, и те его даже успели простить, но это делу не помогло, муфтий подал прошение об отставке.

Примечательно, что Али (Сергей) Евтеев из новообращённых, отец его русский, а мать осетинка, и к исламу он пришёл собственным нелёгким путём. И то, что путь этот начался с радикальной версии ислама, вовсе не удивительно.

Западные эксперты по терроризму ещё в начале 2000-х годов подняли тревогу: «Аль-Каида» целенаправленно вербует новых сторонников среди европейцев и американцев, принявших ислам. И нередко эти усилия приносят неплохие результаты. В США настоящую сенсацию вызвала история «американского талиба» Джона Уокера Линда. Линд принял ислам в Лос-Анджелесе, а потом учился в медресе Йемена и Пакистана. В 2001 году он пробрался в Афганистан, чтобы сражаться против неверных на стороне Талибана. Там его и отловили американцы, с трудом узнав в бородатом фанатике своего соотечественника. Недавно спецслужбы США уличили в связях с террористами американку, обратившуюся в ислам. На исламистских интернет-форумах она была известна под ником «Джихад Джейн» и уже собиралась перебраться из виртуального пространства в реальное, чтобы принять участие в теракте, но тут её джихаду и пришёл конец.

От американцев не отстают и европейцы. Первой шахидкой европейского происхождения стала бельгийка Мюриэль Дегок, подорвавшая себя в Ираке в 2005 году. Через год её судьбу собралась повторить сорокалетняя немка, причём не в одиночку, а с годовалым сыном (!), но прежде чем она добралась до Ирака, её арестовали немецкие спецслужбы.

Французские эксперты, тщательно проанализировав биографии 600 соотечественников, принявших ислам, подсчитали, что 18 из них имеют доказанные связи с радикальными организациями. Это, конечно, немного. Но для того, чтобы подорвать самолёт с полутора сотнями пассажиров на борту, достаточно всего одного человека. А если у этого человека европейская внешность и подлинные документы гражданина одной из западных стран, то остановить его будет крайне сложно даже самым бдительным полицейским.

Именно по этой причине вербовка западных неофитов и стала одним из приоритетов исламистов в середине 2000-х годов. На одном из их сайтов появилось тогда пугающее предупреждение: «Новые солдаты "Аль-Каиды" рождены от европейцев и христиан. Они ходят по улицам Европы и Америки, готовясь к новым атакам». Даже если рассматривать эти слова как очередную пропагандистскую страшилку, на которые так горазды подручные Бен Ладена, эксперты дружно соглашаются, что от неофитов можно ждать беды.

Объясняется это не только тем, что они подвергаются целенаправленной психологической обработке. Чтобы прорасти, семена должны упасть на взрыхлённую почву. Хорошо известно, что новообращённые изо всех сил стараются выполнять предписания новой веры. У них нет самоуверенности тех, кто получили её по наследству, зато градус религиозного горения очень высок. Поэтому они стремятся убедить себя и окружающих, что сделали правильный выбор, и их новые единоверцы могут в них не сомневаться. Для того чтобы сделать из такого материала фанатичного бойца, а то и шахида, не требуется быть большим психологом. Мотивации лежат на поверхности, и манипулировать ими совсем несложно.

Готовность неофитов к радикальной деятельности объясняется и тем, что они избрали ислам как средство выражения протеста против окружающей действительности. Западная цивилизация в их глазах потеряла всякий смысл, она является инструментом капиталистического угнетения и лишает человека надежд на будущее. Ислам же предлагает высокую мораль и модель общества, основанного на этой морали. Для своих западных последователей он предстаёт в облике утопической идеологии, которая придаёт смысл их существованию. В чём-то это сродни той роли, которую играл для предшествующего поколения марксизм. И как примкнувшая к нему в 70-е годы европейская молодёжь избирала самые радикальные его изводы, так и нынешние горячие головы предпочитают экстремистский вариант ислама. В определённом смысле ячейки «Аль-Каиды» пришли на смену «красным бригадам».

Все эти вещи в равной мере актуальны и для России. Наш капитализм куда как безжалостней западного, и экономической несправедливости сопутствует моральная деградация. Именно поэтому радикальный ислам легко находит себе сторонников не только среди этнических мусульман.

Несколько лет назад американцы остановили в Афганистане грузовик со взрывчаткой. Среди арестованных выделялась женщина в чадре необычайно высокого для местных жительниц роста. Под чадрой оказались рыжая борода и пара голубых глаз. Молодой мужчина явно европейской наружности представился Андреем Владимировичем Баталовым из Сибири. Он утверждал, что попал в грузовик случайно. Просто изучал ислам в Северном Вазиристане, поскольку у себя в России хороших учителей отыскать не сумел. Американские военные без труда доказали причастность сибиряка к противозаконной деятельности, поскольку именно в этом районе печально известная организация «Союз исламского джихада» держит один из лагерей для подготовки террористов. О дальнейшей его судьбе газета «Нью-Йорк Таймс» умалчивает.

Но хорошо известна судьба другого сибиряка – Александра Тихомирова, более известного под именем Саида Бурятского, убитого в Ингушетии в марте этого года. За свою короткую жизнь он успел не только подорвать «Невский экспресс», но и выпустил немало видеопроповедей, где красноречиво убеждал новых единоверцев крепить ряды борцов за светлое исламское будущее.

Когда бывший муфтий Али Евтеев признался в юношеском увлечении радикальным исламом, он вряд ли кого-нибудь удивил. Такое начало пути для неофита в исламе, увы, не представляет собой чего-то сверхъестественного. Но то, что на этом пути он сумел отойти от юношеских перегибов и стал умеренным мусульманином, более того, одним из официальных исламских лидеров на Северном Кавказе, доказывает, что не всё так безнадёжно, как кажется на первый взгляд. Даже если картину и портят неосторожные высказывания. Ведь «религиозная молодость» неизбежно заканчивается, как заканчивается и молодость вообще, и на смену ей приходит зрелость. Если, конечно, этот нормальный процесс не прерывается смертью за веру, несущей гибель ни в чём не повинным людям.