Завершившийся на днях визит патриарха Кирилла на Украину был интересен, если взглянуть на дело со стороны, прежде всего как показательный пример той церковной политики, которую намерен проводить Патриарх Московский и всея Руси. Всё остальное – и массы верующих, стекавшиеся для встречи с патриархом, и пикеты противников, и заявления оппонентов московского патриарха на Украине –  вряд ли стало каким-то откровением. Приблизительно таким этот визит и ожидался. Пожалуй, наибольшие опасения вызывали возможные акции местных экстремистов, особенно на Западной Украине, но в целом всё прошло на удивление спокойно, если не считать довольно немногочисленных пикетов и до конца неясного поведения украинских властей, пытавшихся отговорить патриарха от посещения Ровно.

Несмотря на постоянно звучавшие до визита, во время его и после заявления противников посещения патриархом Украины о том, что оно  носит политический характер и что патриарх прибыл, чтобы способствовать присоединению Украины к России, его намерение состояло как раз в обратном – придать своей поездке максимально неполитический характер. Об этом, в частности, говорит сама программа визита, предполагавшая минимальное общение с украинскими политиками (за десять дней лишь две протокольные встречи с президентом и премьер-министром). И если уж говорить об этой составляющей поездки, то речь может идти, как верно замечено, об осуществлении церковной политики, ничего общего с государственной не имеющей.

Характер визита диктовался теми целями, которые патриарх преследовал на Украине. Собственно говоря, он сам обозначил их как общение с верующими – со своей паствой. «У меня одна цель. Эта цель заключается в следующем – помолиться вместе с украинским народом. Кому-то это может показаться странным заявлением, кому-то – лицемерным, кому-то, может быть, вообще далёким от правды. Но это так». Это простое объяснение, исключающее какой-либо подтекст и вряд ли удовлетворившее многочисленных экспертов и наблюдателей, всегда ищущих скрытые и подспудные мотивы, на самом деле вполне может быть принято. В общении, в многочисленных встречах с верующими – монашеством, духовенством и простыми прихожанами – и заключался основной смысл поездки. Не случайно патриарх посетил все крупные регионы Украины, побывав в центре (Киев), на востоке (Донецк), на юге (Крым) и на западе страны (Ровно, Луцк, Владимир-Волынский, Корец, Почаев). Иными словами, он приехал на Украину как пастырь, имеющий право и все основания посетить свои приходы.

Не стоит при этом забывать об исключительной важности Украины для Русской православной церкви: здесь расположено 37 % всех приходов Московского патриархата (около 11 тыс. из 29 тыс., не считая приходы РПЦЗ). Дело, конечно, не в мнимых доходах, извлекаемых Москвой из украинских епархий, о чём кричат автономисты; просто сложно представить себе Русскую православную церковь без Киева и своих старинных епархий, без трети приходов. Визит патриарха был не менее важен и для иерархии УПЦ, находящейся под постоянным и сильным давлением со стороны как государственной власти, так и сторонников «канонической автономии» в обществе. Чтобы убедиться в этом, достаточно посмотреть заголовки ведущих украинских СМИ. В действительности же права Украинской православной церкви настолько обширны, что реальный статус УПЦ приближается к статусу любой автокефальной церкви. Фактически во внутренних церковных делах УПЦ пользуется полным самоуправлением, за патриархом – лишь сила традиции и авторитет единой Русской православной церкви, только своим авторитетом церковного предстоятеля он и может повлиять на церковную ситуацию на Украине. Именно демонстрация пастырского характера визита и была его смыслом – показать, что Украина точно так же, как и Россия, по-прежнему является канонической частью Московского патриархата. Патриарх посетил Украину не для того, чтобы вести переговоры с раскольниками или урезонивать сторонников автокефалии, не обсуждать проблемы церкви с президентом. Это был визит «для своих» –  для прихожан и клира Украинской православной церкви.

По-видимому, поставленной цели патриарху достичь удалось, хотя это было и непросто. Внимание его к визиту на Украине было очень пристальным, весьма эмоциональным, при этом далеко не всегда благожелательным. Украина расколота, и информационные атаки на «представителя Москвы» были неизбежны. Цена слова и каждого поступка здесь высока, значительно выше, чем в России, любое слово и каждый жест должны быть выверены. Собственно, в этом и заключалась главная интрига визита: оступится ли в своих действиях и заявлениях патриарх или нет? Для этого ему было необходимо максимально избежать любых прямых столкновений, не поддаваться неизбежному давлению – просто потому, что цель состояла совсем в ином. Как кажется, умение отстоять свою позицию, избежав лобового столкновения, не дать себя спровоцировать или втянуть в ненужную дискуссию –  одно из качеств, характеризующих патриарха Кирилла как умного церковного политика, а это как раз очень важно в такой сложной ситуации, в которой находится сейчас Украина. В ходе достаточно многочисленных выступлений предстоятель РПЦ весьма ясно изложил свои взгляды не только о расколе, но и о Голодоморе, о попытках переписать историю Великой Отечественной войны и о современном экономическом кризисе, сумев, однако, выдержать общий примирительный тон выступлений. Что важно, патриарх дал понять, что, хотя он и не намерен ввязываться в дискуссию, но имеет совершенно определённую и достаточно аргументированную позицию по каждому из таких важных для современной Украины вопросов.

Визит ещё раз продемонстрировал вроде бы общеизвестный, но заглушаемый информационным шумом, поднятым сторонниками создания независимой национальной церкви на Украине, факт: за исключением трёх областей Западной Украины (Львовской, Ивано-Франковской и Тернопольской), УПЦ МП является доминирующей конфессией на всей территории страны, другими словами, это действительно национальная церковь Украины. Весьма красноречиво об этом свидетельствовали тысячи и десятки тысяч верующих, собиравшихся для встречи с патриархом во всех регионах страны, включая и западные области – аргумент, который украинским автономистам оспорить будет нелегко.

Это, однако, не означает, что у Православной церкви на Украине дела обстоят благополучно. Основная опасность – попытки отколоть украинские епархии от единства с Московским патриархатом, втянув их в создание независимой от Москвы национальной церкви, – по-прежнему сильна, исход этой борьбы ещё не решен и во многом будет зависеть как от позиции самого украинского епископата, так и от общего тона российско-украинских межгосударственных связей. Продуманный во всех отношениях визит патриарха Кирилла на Украину  может стать важным шагом в сохранении существующего церковного единства, значение которого выходит за рамки любых политических и узконациональных концепций.