На вручении ордена Дружбы народов в российском посольстве в Латвии кто-то из юных рижских телеведущих во время интервью спросил у этой знаменитой теннисистки: «Как вас представить?» «Просто Лариса…» – ответила она. Что ж, в конце концов весь спортивный мир знает без всяких фамилий, кто такая Штеффи, или Мартина, или Сирена. Гражданка Латвии, шестикратная победительница турниров «Большого шлема» и абсолютная рекордсменка розыгрыша Кубка Федерации среди советских теннисисток, нынешний главный тренер сборной России Лариса Савченко тоже заслужила право иметь свое имя в теннисе.

...Мама показала Ларисе новую школьную форму и белоснежный передник, ожидая, что та сейчас запрыгает от радости. Но дочка горько заплакала: «Мама, я не могу надеть это платье! Тогда все узнают, что я – девчонка, и меня больше не возьмут играть ни в футбол, ни в хоккей...»

Это действительно был ее секрет. Лариса Савченко до школы никогда не носила юбку, стриглась налысо и играла во дворе только с мальчишками, которые звали ее Максимкой и доверяли защиту ворот. Но в школу идти все же пришлось. Мальчишки ее простили и даже купили ей большие вратарские перчатки, которые до сих пор где-то хранятся у нее на чердаке...

Она побежала, как только научилась ходить. Ей нравилось прыгать, играть с мячом, плавать, кувыркаться – все, что угодно, лишь бы не сидеть на месте. Во втором классе к ним на урок зашла незнакомая женщина в спортивном костюме и предложила всем желающим записаться в теннисную секцию.

Лариса попала в группу к молодому тренеру Галине Лясковой. Пару месяцев ездила на тренировки, добираясь на автобусе до спортзала общества «Динамо». Денег на дорогу наскрести удавалось не всегда. Жили они очень скромно, отец был военным, а мама работала санитаркой в больнице Львова. В итоге Лариса оставила теннис и записалась в школьный хор.

Через две недели Галина Васильевна сама пришла к ним домой. Тогда впервые мама, Маргарита Павловна, услышала, что ее стриженый неугомонный ребенок – очень талантливая девочка, которую ждет большое будущее.

Голубь мира

С того дня началась у Ларисы жизнь по расписанию: подъем в шесть утра, тренировка, затем – школа. После занятий – опять тренировка, а вечером девочка допоздна засиживалась за уроками. Как-то мама пришла домой, видит: ее Ларочка стоит у окна и рассматривает свои руки. Она тоже глянула и ахнула – обе ладошки в кровавых мозолях! «Завтра на тренировку не ходи, – сказала мать дочери, – пропустишь несколько занятий, ничего страшного!» И даже спрятала ракетки. Девочка удивилась: «Мама, а разве ты можешь не пойти на работу?» Пришлось отпустить.

Ее учили никогда не распускать нюни. Это сейчас можно видеть, как иное избалованное дитя на кортах швыряет ракетку и закатывает истерики. Тогда такое поведение было невозможным. Дисциплина, строжайший режим, неукоснительное соблюдение всех правил. В 10 лет Лариса Савченко уже сражалась за первенство города, затем участвовала в чемпионате Украины.

Девочка все реже и реже бывала дома, разъезжая по соревнованиям по всей стране. В 14 лет она попала к тренеру советской сборной Ольге Морозовой. Тогда же ее впервые заметил Шамиль Тарпищев, ставший потом ее наставником в жизни и в спорте и большим другом. Начались поездки в другие страны.

Иногда она звонила домой откуда-нибудь издалека, жаловалась, что устала от такой жизни. Тогда мама утешала ее: «Но это же надо для родины, доченька, ты же у нас как голубь мира – держись!» Хотя по правде, Лариса, скорее, на воробышка всегда была похожа.

В 17 лет Савченко взяли в сборную СССР, тренировал талантливую теннисистку Шамиль Тарпищев. В Юрмалу на летние сборы Лариса Савченко впервые попала в 1983 году и выиграла здесь чемпионат Европы. Юрмала ее сразу очаровала.

Как она сейчас вспоминает, первые слова были: «Вот это да!» И еще она подумала, как бы чудесно было снять здесь хотя бы крохотную комнатку и пожить у моря недельку, погулять в лесу, подышать сосновым воздухом... Через шесть лет ее желание исполнилось, она вышла замуж за Александра Нейланда, который тогда работал в теннисной сборной Союза и жил в Латвии.

Миллиона не жалко

В детстве и юности за нее всегда все решали другие. Она не знала, что такое визы, как составлять календарь игр, как заказывать билеты на самолет, бронировать номер в гостинице. И как зарабатывать деньги – тоже не знала.

«До 1987 года мы вообще не представляли себе, сколько зарабатывали. Мы знали, что нам надо выложиться, мы обязаны победить и не посрамить честь своей страны, – говорит Лариса. – В зарубежных турнирах нас сопровождал так называемый руководитель делегации, который занимался денежными вопросами и забирал наши чеки. Но что это такое – не очень себе представляли. После одного случая я подумала, что здесь что-то не так...».

Это было в Америке на открытом первенстве. Жара стояла градусов 45. Играть было невыносимо тяжело, но Ларисе опять сказали: «Надо!» Она сражалась с немкой за выход в «восьмерку». Билась насмерть. И победила. Потом в раздевалке та подошла к ней и спросила по-английски: «Ну и зачем ты меня обыграла? Тебе-то какая разница – ведь ты же все равно денег не получишь! А так я бы тебе половину своего приза отдала!..»

«Конечно, я замахала на нее руками, – вспоминает Лариса тот давний эпизод. – Но потом задумалась... Турниры-то все были денежные. Мы пахали как проклятые. Даже за второе место полагалось призовых тысяч сорок долларов. А мне суточные выплачивали по 25 долларов и при этом говорили, что хорошо, мол, хоть поездку окупили. Думаю, таким образом, где-то миллион у меня забрали. Но знаете, мне не жалко! Наоборот, я благодарна системе за то, что она мне дала в жизни. Поверьте, это стоило миллиона…»

Битва за шлем

После распада Союза Лариса оказалась одна, без средств к существованию, без малейшего представления, как жить дальше. По этой причине в 90-е сошли с дистанции сотни ее коллег по спорту. Она удержалась, во многом благодаря помощи мужа, который взялся за решение всех организационных вопросов.

«Моя задача была – играть, играть и играть, чтобы не растерять навыки, добытые потом и кровью. Меня выручили дневники тренировок, которые я когда-то исправно заполняла. Там было расписано все: какие нагрузки, какой должен быть пульс, питание, питье и т.д.».

Выдержки из российской спортивной прессы:

«Одной из первых советских теннисисток Лариса Савченко-Нейланд получила профессиональную лицензию. Наибольших успехов она добилась в парных разрядах. Дважды выигрывала открытый чемпионат Франции (Ролан Гаррос) – в 1989 году с Натальей Зверевой (Белоруссия) и в 1995 году с Марком Вудфордом».

«Лариса Савченко шесть раз выигрывала турниры «Большого шлема». Она была первой советской теннисисткой, ставшей победительницей Уимблдона, когда вместе с Наташей Зверевой выиграла в 1991 году пару на этом самом престижном теннисном соревновании».

В 1991 году ее попросили представлять на Олимпийских играх Латвию. После выступлений в Барселоне Савченко-Нейланд получила гражданство Латвии, стала самой популярной спортсменкой страны. Ей были созданы все условия для тренировок. Все снова было хорошо и красиво. Победы, турниры, призы, дальние страны…

Невидимые миру слезы

А потом наступила расплата. Впрочем, тревожные «звоночки» были и раньше: после игр у нее частенько болела спина. Она приклеивала на ноющее место перцовый пластырь, брала в руки ракетку и бежала на корт. Никто ни о чем не догадывался. Но потом от боли в спине начали отниматься ноги. Иногда даже кашлять было больно, не то что играть.

В Австралии они нашли знахарку из ее родного Львова (такое вот интересное совпадение!), которая каким-то чудом не только помогла ей встать на ноги, но и посоветовала обязательно ехать на соревнования в Японию. В финале она играла в паре с Мартиной Навратиловой. И они тогда победили! Кстати, именно про Навратилову Лариса вспоминает чаще всего, называя ее человеком потрясающей души, очень отзывчивой и доброй. Говорит, что ей всегда было интересно общаться и с Габриэлой Сабатини, и со Штеффи Граф.

А в 1998 году Лариса почти весь зимний сезон отыграла во Франции в паре с Анной Курниковой. Были и удачи, и поражения. И никто даже не подозревал, что у себя в номере спортсменка иногда не могла без крика встать с кровати. Но в теннисе слабость показывать нельзя никому – ни соперницам, ни подругам. Выйдешь, к примеру, прихрамывая, и все – тебе «по-дружески» будут кидать мяч исключительно под больную ногу...

Но, конечно, в один день это все кончилось. Спина больше не поддавалась ни на уговоры, ни на пластырь с перцем. Сказались многолетние тяжелейшие нагрузки. Лариса перенесла очень сложную операцию и в 1999 году ушла из большого тенниса. В 33 года…

В модном рижском ресторане она устроила большой пир, на который съехались все ее друзья. Наша чемпионка громко и весело прощалась со спортом. Думала, навсегда. Хотелось спать и ничего не делать. Наговориться всласть – за все годы разлуки – с мамой, которую она перевезла с Украины к себе в Юрмалу. Гулять по взморью, кататься на санках, валяться на диване и смотреть футбол по телевизору…

Звездная команда

Но долго «отрываться» чемпионке не пришлось. В 2000 году по приглашению президента российской Федерации тенниса Шамиля Тарпищева Лариса Ивановна Савченко стала тренером женской сборной команды России по теннису. Потом старшим тренером. Потом главным… Он считает ее прекрасным тренером. Очень умным и тонким специалистом, советам которого полностью доверяет. На вопрос журнала «Русский мир.ru», был ли сложным переход к тренерской работе, одна из самых титулованных теннисисток СССР ответила: «Мне было не трудно, я умею подстраиваться и под ситуацию, и под игрока. Они знают, что я в спорте человек не новый, сама через все это прошла, поэтому и доверяют мне. Если создать в команде нормальную атмосферу, основанную на взаимном понимании и уважении, все сложится. Теннис не просто тяжелый вид спорта, он жесткий, эгоистичный, но в командных соревнованиях срабатывает другой принцип – нет зависти, нет закулисных интриг. Девчонки дружно разминаются, тренируются, вместе едят, гуляют, искренне болеют друг за друга. И при этом – все звезды, меньше мы как-то не падаем, все боремся…»

Среди ее учениц и подопечных и впрямь были сплошные звезды – Лина Красноруцкая, Елена Бовина, Татьяна Панова, Анастасия Мыскина…

За 10 лет тренерской работы в жизни Ларисы произошли огромные перемены, и их было много – печальные, сложные, очень волнующие, радостные. Пришлось пережить смерть мамы, развод с мужем, новый брак, рождение в 2006 году первого ребенка – дочери Насти, названной в честь Анастасии Мыскиной, ее любимой ученицы и подруги. Мыскина стала крестной мамой сначала Ларисиной дочки, а затем через год с небольшим – и сына Владимира! Прямо перед рождением сына Савченко включили в Зал славы российского тенниса в одном ряду с Шамилем Тарпищевым, Евгением Кафельниковым, Анной Дмитриевой, Ольгой Морозовой…

С мужем, рижским бизнесменом Олегом Сибриком, они познакомились случайно. Лариса уверена: это тот самый случай, который бывает один раз в миллион лет…

«Конечно, я давно мечтала о детях… Боженька не давал. Лишь когда я встретила человека, который меня понимает, что называется, «от и до», тогда все и случилось. Мы живем в Юрмале в двух шагах от моря большой дружной семьей. Дети у нас очень веселые, общительные, все в папу – такие маленькие Сибрики. Правда, большую часть времени я провожу в разъездах. А что делать – такая работа, сегодня надо лететь на сборы в Сербию, завтра в Италию, оттуда – в Москву. Олег хотя не сразу и не с легким сердцем, но однажды сказал слова, которые я, конечно, запомню на всю жизнь: «Я не имею права тебе ничего запрещать. Это твоя жизнь, и ты сама вправе ею распоряжаться». Благодаря его поддержке я и могу сегодня работать в полную силу. Со спокойной душой». По словам Ларисы, в период своей двухгодичной «хронической беременности», когда она не знала, чем себя занять, параллельно с материнскими обязанностями начала тренировать малышей на юрмальских кортах. И ей это очень понравилось. И хотя сейчас из всей ее детской группы остались лишь две девочки (теннис – это удовольствие не из дешевых) – 8 и 14 лет, – она мечтает когда-нибудь, после завершения тренерской работы с российской сборной, обязательно открыть свою теннисную школу и теннисный клуб.

В общем, «голубь мира», как когда-то называла ее мама, продолжает свою миссию. Правда, теперь Лариса Савченко ощущает себя уже не голубем, а гражданином мира – будучи подданной Латвии, работает на Россию, на ее спортивную славу и гордость.