Авторизация / Регистрация  Авторизация!
Сделать стартовой
rus eng esp fra ger ita chi

Учительница французского
 03.06.2010

О том, что Валентин Распутин выдвинут на соискание Нобелевской премии, 81-летней жительнице Нижнего Новгорода Лидии Михайловне Молоковой рассказали внуки. Они знают о многолетней дружбе, связывающей их бабушку и знаменитого писателя. Еще бы! Ведь прототипом учительницы в знаменитом рассказе «Уроки французского» была именно Лидия Михайловна.

74_1

Фото: АНДРЕЙ СЕМАШКО

О молодом писателе Валентине Распутине она узнала случайно. На лекции в Москве литературный критик Галина Белая рассказывала о современной советской литературе. Лекция читалась преподавателям русского языка, которых готовили к работе за границей. Была в этой группе и Лидия Михайловна Молокова. Ей предстояло вести занятия русского языка в Париже, в Сорбонне. Всю советскую литературу последних лет лектор разложила на три разряда: военная, молодая и деревенская. К представителям последней она отнесла и Валентина Распутина. Имя это для Лидии Михайловны оказалось новым, хотя она следила за новинками отечественной и зарубежной литературы! Где-то она его уже слышала. Распутин… Валя Распутин…

И Лидия Михайловна вспомнила о далеком глухом поселке Усть-Уда в Иркутской области, куда попала по распределению в 1951 году. Среди учеников был тихий мальчик – Валя Распутин.

«Не может быть, чтобы это был он», – думала она, слушая лекцию. На том и успокоилась. Впереди были отъезд, хлопоты, надо было устроить детей в интернат... А через две недели она уже гуляла по Парижу. Заглянула в магазин советской книги и стран народной демократии «Глоб». Толстой, Достоевский, Пришвин, Бунин, Ахматова… И все без очереди и давки. И тут Лидия Михайловна решила спросить, нет ли в магазине книг Валентина Распутина. Оказалось, были, да раскупили. «А кто его читает?» – продолжала допытываться учительница. «Да все», – ответила продавщица. В следующий раз Лидия Михайловна зашла в магазин только через пару месяцев. Продавщица ее узнала: «Пришел ваш Распутин».

Этот сборник рассказов и повестей «Живи и помни» Лидия Михайловна хранит до сих пор.

…Она вернулась в комнату в парижском общежитии и все мучилась: ее ли это ученик? Какая пропасть лежит между поселком Усть-Уда и книжной полкой в парижском магазине!

Просмотрела оглавление. «Уроки французского». Рассказ. Подумала: «О, это меня касается». С «Уроков…» и начала. И сразу все поняла.

Действие происходит в поселке Усть-Уда. Герой рассказа приезжает из деревни продолжать учебу в районной школе. В трудное послевоенное время на квартире у чужих людей ему живется голодно. Ни родных, ни знакомых у него нет. Сын квартирной хозяйки знакомит его с местной шпаной, которая увлечена «чикой» – игрой на деньги. Доктор прописал мальчику для поправки здоровья молоко, и он начинает играть в «чику», чтобы выиграть деньги и купить на них молока. В один из трудных моментов на помощь мальчику приходит молодая учительница французского языка. Она пошла против всех действующих правил, играя с ним у себя дома, чтобы дать возможность мальчику покупать молоко. В финале рассказа игроков застает директор школы. Уволенная учительница французского присылает ученику посылку с макаронами, поверх которых лежат яблоки. Раньше их мальчик никогда не видел. В этом рассказе автор с большим чувством и тактом рассказал о человеколюбии молодой учительницы.

74_2

Спасая свою родную школу от затопления волнами водохранилища Братской ГЭС, Валентин Распутин перевез ее в другое село / Фото: РИА "НОВОСТИ"

С первых строк Лидию Михайловну поразило сходство с тем мальчиком, каким Распутин был тогда в усть-удинской школе. Худенький, одинокий. Но когда Лидия Михайловна дошла до появления на страницах рассказа учительницы французского языка, то буквально подпрыгнула, а когда прочла, то поспешила себя успокоить: «Нет, это не я». И все же она была потрясена. Этот худенький мальчик стал известным писателем, и его книги теперь продаются в Париже.

Далеко за полночь села писать письмо. Адреса писателя она не знала. Знала только, что живет он в Иркутске. Поэтому на конверте написала: «Иркутск, писателю Валентину Распутину».

Ответ от писателя пришел через полгода: «Я знал, что Вы найдетесь». И тогда она поняла, что Распутин писал все-таки о ней. Тогдашней молоденькой учительнице французского языка.

Усть-Уда


И она вспомнила то, что давно старалась забыть. Маленькую комнату в Москве, маму, работающую на швейной фабрике, отца – инженера-геолога. Летом 1941 года семья уехала в Забайкалье. Начало войны застало их на станции Тайга. Пришлось им остаться в Сибири. После окончания школы в Сретенске девушка поехала за высшим образованием в Иркутск. Выбирала специальность, сообразуясь со своими эмоциями, а не с практицизмом, который у нее отсутствует до сих пор. Приемное отделение исторического факультета, куда она принесла документы, находилось в бывшей семинарии. Здесь девушке не понравилось: низкие потолки и узкие окна. И тогда она отнесла документы в светлое здание пединститута, в котором раньше располагался институт благородных девиц.

В институте Лидия жила бедно. Зато когда однажды в корпус общежития забрел фотограф, она сумела уговорить богатую соседку дать примерить ее наряды. В пиджаке, шляпке, перчаточках, с сумочкой, Лидия Михайловна на фотографии вышла как актриса или заграничная дама. Именно такой ее и восприняли в глухом поселке Усть-Уда на реке Ангаре, куда Лидию вместе с подругой Лилией отправили по распределению.

Прибыв на место, девушки расплакались. Тайга. Болота. Мошка. «Француженки» мечтали вырваться оттуда в город. Осенью школа выделила учительницам три сотки посаженного картофеля, чтоб с голода не пропали. Но никто «француженок» не предупредил о мошке. После выкапывания картофеля нежные девичьи лица превратились в решето. Все село смеялось над ними, когда они ехали верхом на мешках с картошкой, пряча свои опухшие лица: «Вы думали, куда вы попали, девоньки? В тайгу!» В качестве спасительного средства от мошки им предложили мазаться дегтем.

74_3

Фото: ИЗ АРХИВА ЛИДИИ МОЛОКОВОЙ

В деревянной двухэтажной школе почти все учителя были местные. На Лидию Михайловну с подругой смотрели как на иностранок. Одна ревнивая преподавательница, поглядев на городских девушек, заявила: «Сунетесь к моему мужу – у меня кислота стоит!»

У Лидии Михайловны было всего три платья, которые она помнит до сих пор: шерстяное темно-синее с отделкой воротника и рукавов в горошек, полосатое из штапеля и еще одно в клеточку из сатина. В школу Лидия Михайловна ходила в туфлях на каблуках, осторожно переступая щели в деревянном тротуаре.

С первых занятий Лидия поняла, что тут рады французскому языку. Единственный иностранный язык – немецкий – преподавал учитель химии, и то только в старших классах. Учебники по предмету были. Ни разу она не услышала: зачем нам французский? Одеты ученики в том далеком 1951 году были плохо. Старые шапки, заношенные фуфайки, на ногах чиги – сапоги, внутри которых солома для тепла. Холщовые сумки через плечо вместо портфелей. Некоторые приходили в школу за пять-семь километров.

Опрятнее всех выглядел 8 «А» класс Веры Андреевны Кириленко. Этого классного руководителя, участницу войны, считали образцовым. На «француженок» она смотрела снисходительно. Ученики Веры Андреевны, как все дети в Усть-Уде, носили старую одежонку, но она у них всегда была без дырок, а рубашки чисто выстираны. И на уроках они вели себя дисциплинированно. В этом классе и учился Валя Распутин. Спустя годы Лидия Михайловна напишет писателю: «Ты ведь, наверное, написал про Веру Андреевну, а не про меня!» «Я ее не помню, а вас помню», – ответит ей Распутин.

Класс, руководила которым молодая «француженка», состоял из самого наглого хулиганья. Доводили они ее весь учебный год до горьких слез. Предлагает она им организовать художественную самодеятельность – они отказываются. Хором отвечают: «Нам вечером стойки надо чистить». «Что-что?» – переспрашивает учительница. А они хохочут. «Стойками» в Усть-Уде называли стойла, где держали домашнюю скотину. Новость о неосведомленности «француженки» тут же разносится по селу, и над городской красавицей снова все подсмеиваются. После очередного сорванного урока учительница выбежала в слезах на улицу и побрела домой. Весь класс шел за ней и слушал ее рыдания. Им было интересно, как плачет «француженка». Однажды школьники залезли к учительнице домой, чтобы подсмотреть в классном журнале оценки за контрольную работу. Заодно выпили бутылку вина, припасенного для праздничного дня. Мучилась с озорниками Лидия Михайловна, пока на следующий год ее класс не объединили с тем, где классным руководителем была Вера Андреевна Кириленко. Перемену в отношении она заметила, когда заболела и несколько дней лежала дома, не могла даже нарубить дров. Вдруг является ватага учеников и коротко спрашивает: «Где топор-то?» Нарубили дров, бросили топор на пол и ушли. Был среди них и Валя Распутин.

Первый раз Лидия Михайловна услышала о нем от учителя химии. Тот назвал Валю Распутина «мальчиком со стержнем внутри». Учитель химии требовал, чтобы ученики честно признавались в том, что не выполнили домашнее задание. Конечно, никто в этом не признавался и увертывался как мог. Но однажды Валя Распутин встал и сказал, что не готов к уроку. «Вы, Валентин Распутин, выйдите из класса!» Одноклассники относились к Вале Распутину уважительно. Он запомнился Лидии Михайловне худеньким, молчаливым, скромным мальчиком, в котором действительно чувствовался стержень. Лидия Михайловна знала: Распутин жил некоторое время в интернате, потом – у друзей.

74_4

В 1951 году в глухой Усть-Уде учительница французского выглядела иностранкой / Фото: ИЗ АРХИВА ЛИДИИ МОЛОКОВОЙ

Лидии Михайловне больше запомнились другие ребята, из числа озорников и хулиганов. Например, когда самый угрюмый и плохой ученик, Спартак Соколов, однажды вечером поздоровался с учительницей на улице, она восприняла его «здрасьте» как подарок. Даже когда учительнице французского удалось уговорить учеников поставить спектакль по произведению Бориса Горбатова «Юность отцов», то на репетициях Валя Распутин тоже ничем особым не выделялся. Никакой влюбленности ученика она не чувствовала. Дома у нее, кроме того случая с дровами, он никогда больше не был.

Лидия Михайловна помнит, как однажды на перемене Вале Распутину сломали руку. На занятия он не ходил больше месяца. Учительница забеспокоилась. Тут подошел праздник 8 Марта, и она случайно узнала, что ее класс собрал большую сумму денег, чтобы купить ей баян. Сама она на музыкальных инструментах никогда не играла. Брать дорогой подарок от сельских детей ей показалось постыдным, она побежала к заучу. «Поговорите с ними – мне достаточно открытки!» 8 Марта класс встретил Лидию Михайловну хмуро. Староста класса шлепнул деньгами об стол: «Деньги-то собрали, что с ними делать?» И тогда Лидия Михайловна предложила передать деньги Вале Распутину на лечение. Одноклассники говорят: «Нет, он не возьмет». Лидия Михайловна предложила сказать, что это деньги родительского совета, а дают их в долг, после окончания школы он может их вернуть в любое время. Деньги эти Валентин Распутин не только вернул, но и спасал свою родную школу множество раз.

История с этими деньгами имела бурное продолжение. Летом Валентин Распутин заработал деньги, вернул «долг», а на оставшуюся сумму пригласил ребят в столовую. Среди них был озорной мальчишка, который залез в буфет за бутылкой вина. Всю компанию отвезли в милицию разбираться. Идет Лидия Михайловна по улице в своем самом красивом платье, а навстречу ей коллега: «Ваши-то в милиции сидят!» Очень Лидия Михайловна за ребят испугалась… Но все тогда закончилось благополучно. Хотя и посудачили за спиной: что ждать от класса, руководителем которого учительница французского, любительница шляпок и нарядных платьев? Шесть человек из ее класса окончили школу на «отлично», но медали получили только пятеро. Шестым, которому медаль не дали, был Валентин Распутин. Из-за репрессированного отца. Но высказать свое сожаление ученику Лидия Михайловна не успела. Сбылась ее мечта: она уехала из Усть-Уды в Иркутск. Там-то она последний раз и встретила случайно на улице Валентина Распутина. Она шла вместе с мужем. Распутин вежливо поздоровался с учительницей и сказал, что учится в институте. На ее бывшем ученике был хороший пиджак, новые ботинки. Правда, он так же, как и раньше, смотрел в землю, на вопросы отвечал тихо. «О, Валя, какой у тебя вид франтоватый!» – сказала Лидия Михайловна и, засмеявшись, пошла дальше с мужем под руку. Валя Распутин остался позади, как и все связанное с ним – тайга, Ангара, мошка…

Больше они не виделись, и Лидия Михайловна ни о нем, ни об Усть-Уде не вспоминала. Считала те годы работы самыми неудачными в своей педагогической практике.

Письмо, Париж и книга

74_5

Листая альбом со старыми фотографиями, Лидия Михайловна уже не верит тому, что было: тайга, Ангара, первые поклонники и скромный ученик за старой партой – Валя Распутин / Фото: АНДРЕЙ СЕМАШКО

После смерти мужа она с двумя маленькими дочками в 1963 году переехала из Иркутска к своей маме в Саранск, где в местном университете оказалась свободная должность преподавателя французского языка. Со студентами ей удалось быстрее найти общий язык, чем с учениками в глухой сельской школе. К этому времени она окончательно забыла об Усть-Уде. Жизнь была интересная. От университета Молокова ездила преподавать русский язык на базе французского в Камбоджу и Алжир. В Камбодже ее наградили правительственной медалью, которую впервые в этой стране вручили женщине. В Алжире она преподавала русский в школе военных кадетов. За время работы за границей она прославилась строгим поведением и дипломатичностью. Ее часто приглашали на встречи в общество франко-советской дружбы выступить с рассказом о жизни в СССР. И она удачно отвечала на самые каверзные вопросы. Правда, однажды на каком-то торжественном приеме в Парижском университете, где собрали филологов-русистов, она подала руку седенькому человеку с бородой. Лидию Михайловну отозвали в угол и прошипели на ухо: «Кому руку подала! Это ж Синявский». Ничего об опальном в СССР писателе Молокова не слышала, но за свою дальнейшую работу за границей, признаться, испугалась. Но обошлось. И когда ее пригласили преподавать русский язык в Сорбонну на два года – не могла поверить своему счастью. Для преподавательницы из провинциального университета в 1975 году это было чудом.

Коллеги на факультете Молокову недолюбливали. Завидовали. Спрашивали ехидно: «Вы когда будете преподавать русский язык в России?» Не могли простить новых нарядов. Даже говорили: «Вот сколько вы из-за границы новых кофточек привезете, столько у вас и врагов. Кончатся, что будете делать?» «В Париж поеду», – улыбалась она. И вот она в Париже, но вместо новых нарядов у нее в руках книга Распутина, его письмо и воспоминания о далекой Усть-Уде…

Встреча

Лидия Михайловна понимала, что никогда бы не вспомнила о Вале Распутине, если б не этот рассказ, в котором писатель воплотил свою детскую мечту о том, каким должен быть педагог. И, размышляя о том давнем времени, она восприняла рассказ как упрек учителям. Но, с другой стороны, Лидия Михайловна признавалась себе, что не все ей нравится в своем образе. И голос у нее другой, не такой, как у героини. И нос иной формы. И патефона у нее никогда не было. И в деньги она никогда бы не стала играть с учеником… Это непедагогично. Но когда много лет спустя Валентин Распутин в одном из интервью сказал о прототипе своей героини: «Не играла она в деньги, не было этого, но по ее характеру можно было предположить, что она пошла бы на это…» – она согласилась с ним.

В 1977 году Лидия Михайловна получила письмо от Распутина, в котором он сообщил о снятом фильме «Уроки французского». Фильм ей понравился. Только в главной героине она снова не захотела узнать себя. Но с тех пор ни одного показа фильма по телевидению не пропускает. Только когда идут эпизоды со шпаной, преследующей ее ученика, она уходит на кухню. Ей тяжело это видеть. И каждый раз, сопоставляя свой характер и характер героини, по-прежнему говорит: «Это все-таки не я, это собирательный образ». Об этом она писала и в письмах Распутину. А тот однажды ответил: «От макарон-то не отказывайтесь!» И опять пригласил к себе в гости, когда Лидия Михайловна будет в Москве.

74_6

Фото: РИА "НОВОСТИ"

Решилась на встречу она неожиданно. Гостила в столице у сестры, набралась смелости и позвонила писателю. Трубку взял Распутин. Словно ждал ее звонка все эти годы! Пригласил домой, встретил в дверях, трижды поцеловал. Лидии Михайловне было приятно, что квартира писателя не забита барахлом, нет в ней признаков мещанства. Она попала в квартиру настоящего интеллигента – ничего лишнего, все необходимое. На столе стоял рыбный пирог. Говорили об Иркутске, о школе. Вспомнили тот случай с буфетом и милицией. «Это Гвоздюк полез тогда», – рассмеялся писатель, вспомнив прозвище одноклассника. Молокова рассказала о своей работе в Париже. О том, что читает. О своей любви к Франсуа Мориаку и Франсуазе Саган. Распутин спросил ее, нравится ли ей что-нибудь из его творчества? Лидии Михайловне более всего нравились его очерк «Вверх и вниз по течению» и рассказ «Изба». Она сказала об этом. «Такое впечатление, что вместе с тобою писала. А тебе что нравится из своего?» – спросила в свою очередь. «Уроки французского».

Лидия Михайловна покраснела.

«Напиши что-нибудь еще»


Дочери и внуки Лидии Михайловны знают о ее дружбе с писателем. Знают его произведения. Но особого интереса не проявляют. Только подшучивают иногда. С ними Лидия Михайловна ведет споры: устарело или не устарело творчество Распутина? Однажды в качестве доказательства ей показали публикацию, где говорилось, что книги Распутина в библиотеках не берут. Лидия Михайловна пошла в самую ближнюю библиотеку, где давно является почетным читателем, и поинтересовалась Распутиным. «Нет книг, – ответили ей. – Его читают, он у нас в ходу».

Домой Лидия Михайловна вернулась с гордым видом. Но писать об этом своему бывшему ученику, конечно, не стала. В переписке они обсуждают другие темы: семья, здоровье близких, планы на лето.

Лидия Михайловна получает от Распутина в год пять-шесть писем. Он никогда не высказывает суждений о литературе и писателях, она об этом и не спрашивает. Лидия Михайловна бывает глубоко тронута, когда писатель пишет ей о ее здоровье. «Не утерпел, решил потревожить. Как Ваше здоровье? Теперь, когда и я знаю, что такое нездоровье, испытываю большое сочувствие к тем, кто живет с ним в обнимку». Эти дружеские отношения между ними продолжаются с того самого 1975 года, когда она впервые прочла его рассказ. Часто Лидия Михайловна, перечитывая письма, улыбается из-за подписи: «Ваш старательный и бестолковый ученик Валя Распутин». Однажды она ему написала: «Какой ты знаменитый и известный, а я все к тебе – Валя и Валя». Следующее письмо он подписал: «Ваш Валя».

На последний день рождения Валентина Распутина Лидия Михайловна долго думала, чтобы пожелать известному писателю. Долго ходила по комнате на первом этаже в старенькой пятиэтажке в Нижнем Новгороде, куда она недавно переехала из Саранска. Здесь живут ее дочери и внучки. Внучка Катя – тоже, как и бабушка, преподавательница французского – скоро уезжает работать переводчиком в Нью-Йорк, в ООН.

Думая о поздравлении для писателя, Лидия Михайловна вспоминала споры с детьми и внуками о литературе. Оглядывала полки с книгами. Ответ нашелся сам собою. Четким каллиграфическим почерком, который она выработала еще в Усть-Уде, она вывела: «Валя, прошу тебя, напиши что-нибудь еще – читать нечего».

Евгений РЕЗЕПОВ

Версия для печати  
  Назад
  vk fb lj vk

Cборники ⁄

 

Скачать сборник за 2013 год (PDF 11 Mb)

а

 

Скачать сборник за 2012 год (PDF 12 Mb)

 

Скачать сборник за 2010 год (PDF 8 Mb)

 

Скачать сборник за 2009 год (PDF 5 Mb)

Контакты ⁄

Редакция журнала «Русский мир.ru»

Тел.: (499) 519-0168

Написать письмо

Управление проектом
Информационные Бизнес Системы

Графический дизайн Портала Александр Кизяченко

HTML-шаблоны и флэш-элементы
ООО "Статпро"


 

© 2008-2014 Фонд «Русский мир»

При цитировании информации гиперссылка
на портал «Русский мир» обязательна.

117218, г. Москва, ул. Кржижановского, д. 13, корп. 2. Тел.: +7 (495) 981-5680.
Письмо администратору портала

Возрастная категория 12+