RUS
EN
 / Главная / Публикации / Новая мода из бабушкиного сундука

Новая мода из бабушкиного сундука

Сергей Виноградов13.02.2017

Традиционная русская одежда медленно и для многих незаметно возвращается в повседневный быт. Скрип валенок по грязному городскому снегу и сарафанный крой современных платьев пока не бросается в глаза и уши, но в дизайнерских студиях, ателье и мастерских эту тенденцию отмечают уже несколько лет. 

Заказчики и дизайнеры черпают идеи для выходной и повседневной одежды в бабушкиных сундуках. По словам мастеров и специалистов по русскому костюму, новую моду, как ни странно, во многом сформировал Интернет, который многие считают губителем традиций. «Информации о подлинной русской культуре и старой жизни стало больше, люди увидели подлинную одежду предков, а не ту, в которой пляшут эстрадные ансамбли русской песни, и заинтересовались ей», – говорит педагог и мастер из Вологодской области Лариса Розова. 

Сваляно для жизни

Легендарный французский актер Пьер Ришар, приехав на съемки в Вологодскую область несколько лет назад, три дня ходил в валенках. Домой во Францию он увёз три пары – подаренную и две купленных на ярмарочных развалах. Сказал, что мягче и теплее обуви не надевал. И очень удивлялся, что местные жители не носят валенок, хотя в центре Вологды они продаются на каждом углу.


 Наталья Кириллова

Наверняка, на развалах, которые увидел Ришар, были и валенки, сделанные мастером из глухой вологодской деревушки Слизово Натальей Кирилловой. Жюри лондонского фестиваля-конкурса «Этно арт фест», вручая ей диплом за второе место в номинации «Этнический стиль», вероятно, думало, что расписанные под хохлому валенки – выставочная модель, и оценивали в большей степени рисунок, а не крой. Но не тут-то было – в валенках Натальи Кирилловой ходят по всей стране и даже за границей. Большинство её изделий-произведений, свалянных в крохотной мастерской при деревенской избе, расходятся в Вологодской области по ярмаркам и магазинам, но интернет-заказы поступают из десятков регионов России и зарубежья. Январские морозы этого года спровоцировали ажиотаж, а следом и дефицит на валенки вологодской пенсионерки.   

Валянием валенок женщина занялась на пенсии. Когда дети выросли и из телятника проводили с почестями (не хотели опускать опытного животновода), стала искать, чему себя посвятить. Дети подарили компьютер, и всемирная сеть открыла в Наталии Кирилловой талант валяльщицы удобной обуви. В Интернете она не только нашла уроки и советы (впрочем, и у живых мастеров брала уроки), но и картинки. «Понравится узор, я и вышью его на валенках, – рассказывает она. – Красота неописуемая». Коллеги долго относились скептически к творчеству валяльщицы за его несоответствие традициям, и в объединения ремесленников пенсионерку не принимают. А покупатели берут, заказывают и, что самое главное, – носят. Теперь и Лондон оценил.    
  
Валенки работы Н. Кирилловой

Наталья Кириллова не останавливается в своём развитии и сейчас работает над городской версией валенок. Есть у неё идея скрестить валенки с калошами, а внешний вид приблизить к элегантным сапожкам.  Ездит учиться к городским сапожникам кроить, разминать и натягивать кожу на пятку и носок. Чтобы никто не сказал её покупателю: «Эй ты, деревня».

Где купить тулуп?

Участники артели кулачных бойцов «Буза» из Череповца одеваются по моде некрасовского «мужичка с ноготок» уже несколько зим. Пошили по случаю тулупы для всего коллектива, когда готовили свой первый кулачный бой на местной ярмарке, да так и оставили их для повседневной носки. Удобно, тепло, свободно. 

Последний зимний фестиваль «Стать севера», который организует «Буза» с друзьями, выпал на тридцатиградусный мороз, и самой посещаемой площадкой стала палатка с обогревом и горячим чаем. Лишь бузники не только не прятались от мороза, но даже расстёгивали верхнюю пуговицу полушубков для свободы движения.


Артель «Буза»

«Людей одели в пуховики и ботинки на тонкой подошве, но что они могут против настоящих русских морозов, – говорит лидер и основатель артели Денис Антипов. – У людей в домах попросту нет нормальной одежды, в которой было бы не страшно выйти в любую погоду. Поэтому либо дома сидят, либо передвигаются перебежками. Нормально это? Куда ушла подлинная русская одежда, почему ее так быстро забыли? Сегодня она считается экзотикой, и к нам довольно часто подходят люди и спрашивают – где купить тулуп, толстые рукавицы, валенки. Можете себе представить?»

Для Вологодчины не редкость, когда гости загородных рождественских, новогодних или даже масленичных гуляний переодеваются в «зимнее» в салонах дорогих заграничных автомобилей. Подъехали в кардиганах и френчах, а хоровод водят в полушубке или теплом казакине, который в остальное время лежит в багажнике рядом с запасным колесом. На всякий пожарный.   

Современная старина

Почему не носят в городе и надевают только по карнавальному поводу? Стесняются.
 
«И их можно понять, – считает рукодельница Дома ремёсел, которая много лет изучает русский костюм. – Многие представляют себе русскую одежду по тем праздничным ярким образцам, которые мы видим по телевизору, на картинках или в музеях, ведь большинство сохранившихся вещей – праздничные. Потому что их берегли. Конечно, если надеть на улицу жёлтый сарафан и лапти и повязать красную косынку, это привлечёт ненужное внимание, как всякий кич. В современную жизнь эти вещи не вписываются. А чтобы вписать, нужно найти правильное сочетание традиции и привычного глазу облика, попутно объясняя и раскрывая людям ту гармонию, которую заложили наши предки в каждый элемент одежды. Этим мы с коллегами и пытаемся заниматься».

«Я сшила себе русский сарафан, который надеваю уже несколько лет на работу, на прогулку, в гости – куда угодно, – продолжает она. – Он серенький, и его не сразу распознаешь, разве что по лоскутной оборке. Нужно приглядеться. Но мне-то сарафан даёт свободу, лёгкость, спокойствие и чувство защищенности. Это непросто объяснить». 


Современный сарафан

По словам педагога и мастера фольклорно-этнографической студии «Матица» Ларисы Розовой, незаметных «сарафанов», сшитых по народным лекалам, на современных женщинах больше, чем можно себе представить. «Либо в крое, либо в декоре, либо в выборе тканей многие старые образцы возвращаются, – рассказывает она. – Особенно это распространено в верхней одежде. Например, шьют по заказу женские пальто, используя традиционный русский крой. Это красиво, женственно, многим очень идёт, к тому же это выглядит очень современно. Наверное, потому что изрядно забыто. Если говорить о мужчинах, знаю, что в Екатеринбурге очень популярны валяные шляпы, их надевают на праздники и повседневно тоже носят. А в Москве одна известная фирма шьёт русские рубахи в старинном стиле, которые покупают модные брутальные мужчины»

В Доме ремёсел, известном на всю Вологодчину, Ольга Денисова и другие мастера открыли студию дизайнерской одежды в русском стиле «Златояра», в которой сами шьют и учат желающих пошиву не кичевой и не праздничной, а повседневной одежды. На занятиях изучается крой старых деревенских и городских платьев, сарафанов и головных уборов – в Доме ремёсел собрана их  богатая коллекция. «Интересующихся очень много, – говорит Ольга. – Приходят не модницы, а те, кто желает оживить в себе женщину. Ни больше ни меньше». 

«Возьмём головные уборы из жизни наших прабабушек, – говорит она. – Какое разнообразие, какая потрясающая красота… Не во всяком современном магазине найдёте такое количество и богатство, как в иной деревне. Общество подчёркивало особое положение женщины, жены и матери».   

Также по теме



Новые публикации

История любой современной нации подобна шкуре зебры — тёмные полосы чередуются со светлыми, почти у всех тёмного в сумме набирается больше. Темная полоса для «начальства» не всегда такова же для народа и наоборот, хотя зачастую они нераздельны. Тёмная полоса в истории одного народа может хронологически совпадать со светлой в истории соседнего. Выжившие нации — итог достаточно безжалостного дарвиновского отбора.
Два года назад в Каирском университете открылась кафедра русского языка и литературы. Организовать всё с «нуля» пригласили профессора русской литературы, доктора филологии Макарем аль Гамри, в чьём послужном списке высокие должности в старейшей египетской «кузнице» русистов-филологов университете Аин Шамс и «арабская Нобелевская премия» по литературе. Чья профессия уже нечто большее – полвека служения русской и арабской литературе.
Эксперт по брендингу городов Василий Дубейковский так и поступил три года назад и не жалеет. В Урюпинске есть то, чего точно нет во многих других российских городах – например, горнолыжный склон в степи, цветомузыкальный фонтан, а скоро там откроется филиал московского вуза. Неудивительно, что делегации из других областей приезжают сюда перенимать опыт, как налаживать жизнь в малых городах России.
12–14 мая в Полтавской области  прошли мероприятия в рамках культурно-гуманитарного проекта «Наш Гоголь». Проект был организован общественной организацией «Объединение соотечественников "Мирные инициативы – развитие"» при поддержке фонда «Русский мир».
В наших СМИ все чаще всплывает тема староверов. Семьи староверов из Боливии, США, Уругвая и Австралии возвращаются в Россию – люди вступают в программу переселенцев, репатриируются, государство выделяет им землю на Дальнем Востоке и надеется, что трудолюбивые и любящие Россию староверы окажутся той самой «закваской», «прививкой настоящего русского крестьянства», которая спасёт страну от развала и превратит её в рай на земле.
Сергей Садовников, историк-архивист по образованию и редактор журнала «Военная археология», с 1989 года занимается поиском пропавших без вести солдат Великой Отечественной. По его мнению, поисковое движение – самое массовое и действенное общественное движение в России. Мы поговорили о работе поисковиков, о том, что в ней главное, и о движении в целом.
4 мая в передаче «Личность и государство» (канал ОТР, программа «ПРАВ!ДА?!») депутат Государственной Думы Евгений Фёдоров несколько раз повторил: «25 лет назад мы жили на 14 % мирового продукта, а сейчас — на 1 %». Откуда взялись эти цифры и как справедливо оценить те изменения, которые произошли в российской экономике и обществе за последние четверть века?